154 сонетов

Хоть жесткость, друг, твоя мне служит оправданьем,
Но, унесясь душой к своим воспоминаньям,
Я никну в прах главой под бременем грехов,
Затем что нервы рок мне свил не из оков.

Когда ты сражена жестокостью моею,
Как некогда сражен я был, мой друг, твоею,
То ты узнала ад, а я не мог вполне
Сознать, как сам страдал лишь по твоей вине.

Когда бы привело на память горе мне,
Что за удары рок таит для назиданья,
Я б — так же как и ты, когда-то в тишине —
Поднес тебе бальзам, вручающий страданья.

Да, грех прошедший твой и настоящий мой
Друг другу извинять, сойдясь между собой!

Уильям Шекспир, 1590-е (перевод Н. В. Гербель, 1879)

Оригинал сонета 120 на английском языке

Sonnet 120

That you were once unkind befriends me now,
And for that sorrow, which I then did feel,
Needs must I under my transgression bow,
Unless my nerves were brass or hammer'd steel.
For if you were by my unkindness shaken,
As I by yours, you've pass'd a hell of time;
And I, a tyrant, have no leisure taken
To weigh how once I suffer'd in your crime.
O! that our night of woe might have remember'd
My deepest sense, how hard true sorrow hits,
And soon to you, as you to me, then tender'd
The humble salve, which wounded bosoms fits!
    But that your trespass now becomes a fee;
    Mine ransoms yours, and yours must ransom me.