Пьеса в формате группового чата
Бесплодные усилия любви
Реплики и ремарки полного текста сохранены без сокращений. В настройках можно переключиться на классический ридер.
Четверо мужчин подписали устав: три года учиться, поститься и не смотреть на женщин. Через сцену в тот же парк въезжает французское посольство из четырёх женщин, и весь остаток пьесы уходит на то, чтобы красиво объяснить, почему клятву можно нарушить.
Закреп
Действующие лица
Король Фердинанд
Король Наварры. Подписал устав на три года — учиться, поститься и не видеть женщин — и в тот же день узнал, что из Франции едет посольство и оно женское.
Бирон
Придворный короля и главный насмешник. Прочёл устав до последнего пункта и вслух назвал его смешным — а подписал всё равно. Нарушит первым и признается последним.
Лонгвиль
Придворный короля. Соглашается поститься три года легко, как человек, которого пост ещё ни разу ни о чём не просил. Мария помнит его по свадьбе в Нормандии: ум острый, воля тупая.
Дюмен
Придворный короля. Отрекается от любви и роскоши красивее всех — и первым пишет стихи про ветер, которому позволено то, чего нельзя ему.
Французская принцесса
Посол по делу об Аквитании. В ворота не вошла: разбила шатры в поле, чтобы королю не пришлось нарушать клятву. Смеётся наравне со всеми — до той минуты, когда из Франции приходит чёрная весть.
Розалина
Придворная дама принцессы. Бирон клянётся, что смоляная чернота и есть красота; она в ответ отправляет его на год смешить умирающих.
Мария
Придворная дама принцессы. Лонгвиль присылает ей жемчуга и письмо длиной в десять миль; она замечает, что нитку стоило взять подлиннее.
Катерина
Придворная дама принцессы. Дюмену достаются от неё перчатки и пук поэм, а Купидону — счёт: её сестра зачахла от любви.
Бойе
Приближенный принцессы. Читает по лицу раньше, чем услышит слова, и весь маскарад подслушал из придорожного кустарника. Бирон зовёт его медоточивым, и это не комплимент.
Меркад
Приближенный принцессы. Появляется один раз и говорит две строки, после которых в этой пьесе больше не смеются.
Лесничий
Показывает принцессе чащу для охоты и получает деньги за то, что назвал её прекрасной, — и слова обратно не взял.
Олоферн
Школьный учитель. Говорит на двух языках сразу и ни на одном до конца. Придумал показать принцессе «Девять героев» и троих сразу взял на себя.
Отец Нафанаил
Приходский священник. Восхищается латынью учителя и записывает в книжечку новые слова за Армадо. Александра Македонского провалил на первой же строке.
Антони Тупица
Констебль. Привёл Башку под стражу, а за весь вечер учёной беседы не понял ни слова — о чём честно и сообщил. Готов сыграть на барабане.
Дон Адриано де-Армадо
Чудак испанец при дворе. Доносы королю пишет высоким штилем, влюбляется в деревенскую девушку и выходит Гектором без рубашки — потому что рубашки у него нет.
Мотылек
Паж Армадо. Мал ростом и быстр на язык: хозяина обыгрывает в каждом разговоре, а в спектакле изображает Геркулеса в младенчестве.
Башка
Шут. Попался с Жакнетой в парке в первый же день, перепутал два письма и вышел Помпеем Великим. За труды получил три фартинга и называет их репарацией.
Жакнета
Деревенская девушка. Её держат в парке при коровах, ей пишут и Армадо, и — по ошибке — Бирон. Читать она не умеет и несёт письмо священнику.
Вельможи и слуги
Свита принцессы. Подсказывают имена женихов и объявляют, кто идёт по дорожке.
Весна
Ver, весна из финального представления. Поёт от лица кукушки: луг в лютиках, пастух с дудкой — и женатым эта песня не нравится.
Зима
Hiems, зима из финального представления. Поёт от лица совы: сосульки на заборе, сливки в вёдрах как лёд и суп у жирной Дженни.
Комедия в 5 актах
Перевод М. А. Кузмина
Место действия: Наварра.
СЦЕНА 1
Парк короля Наварры.
Входят Фердинанд, король Наварры, Бирон, Лонгвиль и Дюмен.
Входят Фердинанд, король Наварры, Бирон, Лонгвиль и Дюмен.
Король
Пусть слава, за которой все стремятся,
В надгробных надписях для нас живет,
Внося в нелепость смерти благолепье.
У времени, у ворона-прожоры
Усильем жизни можем честь купить,
Что острие косы его притупит
И нам в наследство вечность передаст.
А потому, воители, — зову так
Я вас затем, что боретесь с страстями
И с целым полчищем мирских желаний, —
Указ последний да пребудет в силе:
Наварра сделается чудом мира,
И малой Академией — наш двор
В живом и созерцательном покое.
Бирон, Дюмен и Лонгвиль, все вы трое
Клялись три года разделять со мною
Труды ученые и исполнять
Устав, начертанный на этом свитке.
Вы клятву дали, дайте же и подпись,
Чтоб собственной рукою осужден был,
Кто хоть в малейшем пункте погрешит.
Итак, когда готовность в вас видна,
Поставьте здесь свои вы имена.
В надгробных надписях для нас живет,
Внося в нелепость смерти благолепье.
У времени, у ворона-прожоры
Усильем жизни можем честь купить,
Что острие косы его притупит
И нам в наследство вечность передаст.
А потому, воители, — зову так
Я вас затем, что боретесь с страстями
И с целым полчищем мирских желаний, —
Указ последний да пребудет в силе:
Наварра сделается чудом мира,
И малой Академией — наш двор
В живом и созерцательном покое.
Бирон, Дюмен и Лонгвиль, все вы трое
Клялись три года разделять со мною
Труды ученые и исполнять
Устав, начертанный на этом свитке.
Вы клятву дали, дайте же и подпись,
Чтоб собственной рукою осужден был,
Кто хоть в малейшем пункте погрешит.
Итак, когда готовность в вас видна,
Поставьте здесь свои вы имена.
ЛДБ
Лонгвиль
Согласен я три года попоститься:
Пока тощает тело, ум пирует,
Обжора же хоть тело нагуляет,
Зато ума богатство растеряет.
Пока тощает тело, ум пирует,
Обжора же хоть тело нагуляет,
Зато ума богатство растеряет.
Дюмен
Дюмен ваш, государь, себя смирил,
И грубые мирские наслажденья
Мирским рабам он грубым оставляет.
Для роскоши, любви я умираю —
Их в философии я обретаю!
И грубые мирские наслажденья
Мирским рабам он грубым оставляет.
Для роскоши, любви я умираю —
Их в философии я обретаю!
Бирон
Мой государь, я к этим заявленьям
Примкну лишь в том, в чем прежде клятву дал,
А именно: учиться здесь три года.
Но тут я вижу ряд других обетов —
Не видеть женщин, например, три года.
Надеюсь, это не вошло в устав?
Потом: в неделю раз совсем не есть,
А в остальные дни по разу в день.
Надеюсь, это не вошло в устав?
Затем: спать ночью только три часа
И целый день уж не смыкать очей, —
А я привык исправно спать всю ночь
И половину дня на это тратить! —
Надеюсь, это не вошло в устав?
Такую жизнь мне трудно перенесть:
Не видеть женщин и не спать, не есть.
Примкну лишь в том, в чем прежде клятву дал,
А именно: учиться здесь три года.
Но тут я вижу ряд других обетов —
Не видеть женщин, например, три года.
Надеюсь, это не вошло в устав?
Потом: в неделю раз совсем не есть,
А в остальные дни по разу в день.
Надеюсь, это не вошло в устав?
Затем: спать ночью только три часа
И целый день уж не смыкать очей, —
А я привык исправно спать всю ночь
И половину дня на это тратить! —
Надеюсь, это не вошло в устав?
Такую жизнь мне трудно перенесть:
Не видеть женщин и не спать, не есть.
КФЛ
Король
Но вами был произнесен обет.
Бирон
Позволю я себе ответить: «Нет».
Я клялся только с вами здесь учиться
И на три года вместе удалиться.
Я клялся только с вами здесь учиться
И на три года вместе удалиться.
Лонгвиль
Приняв одно, не избежишь другого.
Бирон
Ну, если так, то шуткой было слово.
Нельзя ль спросить, какая цель ученья?
Нельзя ль спросить, какая цель ученья?
Король
Знать то, чего не знаем, без сомненья.
Бирон
И то, что скрыто от простых умов?
Король
Да, сладкий плод учения — таков.
Бирон
Ну, если так, клянусь я изучать,
Как мне узнать, чего нельзя мне знать:
Как ухитриться сытно пообедать,
Когда пиры кругом запрещены,
Как мне красотку милую проведать,
Когда все женщины удалены,
Как, клятву дав суровейшим обетам,
Нарушить их и честным быть при этом.
Да, ежели ученья смысл таков:
То знать, чего не знали до сих пор, —
Я, слово дав, держать его готов.
Как мне узнать, чего нельзя мне знать:
Как ухитриться сытно пообедать,
Когда пиры кругом запрещены,
Как мне красотку милую проведать,
Когда все женщины удалены,
Как, клятву дав суровейшим обетам,
Нарушить их и честным быть при этом.
Да, ежели ученья смысл таков:
То знать, чего не знали до сих пор, —
Я, слово дав, держать его готов.
Король
Но эти вещи замедляют труд
И лишь к пустым забавам ум влекут.
И лишь к пустым забавам ум влекут.
Бирон
Забавы пусты, но всего пустее —
Трудиться, только труд за цель имея.
Корпит, корпит над книгами иной,
Ища свет правды, правда же сияет
Ему в глаза, а он меж тем, слепой,
Сиянья этого не замечает.
Пока мы света ищем в нетерпенье,
Весьма возможно — потеряем зренье.
Нет, лучше научись сплетать свой взор
Со взором и прекрасным и горячим;
Тот, ослепив тебя, на помощь скор
И возвращает свет очам незрячим.
Наука — лучезарный свод небес,
Для дерзких взоров чуждый и огромный.
Что пользы для пытателей чудес,
Питомцев жалких мудрости заемной?
Они, как крестные, любой звезде
Дают именование земное,
Но блеска их ведь не лишен нигде
Кто и не знает, что это такое.
Все зная, знаешь только имена,
А каждому давать их власть дана.
Трудиться, только труд за цель имея.
Корпит, корпит над книгами иной,
Ища свет правды, правда же сияет
Ему в глаза, а он меж тем, слепой,
Сиянья этого не замечает.
Пока мы света ищем в нетерпенье,
Весьма возможно — потеряем зренье.
Нет, лучше научись сплетать свой взор
Со взором и прекрасным и горячим;
Тот, ослепив тебя, на помощь скор
И возвращает свет очам незрячим.
Наука — лучезарный свод небес,
Для дерзких взоров чуждый и огромный.
Что пользы для пытателей чудес,
Питомцев жалких мудрости заемной?
Они, как крестные, любой звезде
Дают именование земное,
Но блеска их ведь не лишен нигде
Кто и не знает, что это такое.
Все зная, знаешь только имена,
А каждому давать их власть дана.
Король
Вот рассудил, рассудок презирая!
Дюмен
Он движется, движенье отвергая.
Лонгвиль
Пшеницу полет, плевел оставляя.
Идет весна — гусей выходит стая.
Дюмен
К чему это?
Бирон
Всему есть свой черед.
Дюмен
А где же смысл?
Бирон
Кто ищет, тот найдет.
Король
Не правда ль, он походит на мороз,
Что губит первые весны творенья?
Что губит первые весны творенья?
Бирон
Зачем же лету цвесть, — задам вопрос, —
Пока ничто не манит птиц на пенье?
Кому какая радость в недоноске?
Не стану роз желать на Рождестве
И в майский день искать сугробов бремя.
Для всякой вещи место есть и время.
Пора учиться уж прошла давно;
Не лезь на крышу, чтоб открыть окно.
Пока ничто не манит птиц на пенье?
Кому какая радость в недоноске?
Не стану роз желать на Рождестве
И в майский день искать сугробов бремя.
Для всякой вещи место есть и время.
Пора учиться уж прошла давно;
Не лезь на крышу, чтоб открыть окно.
Король
Ты выбыл из игры. Ну что ж, иди.
Бирон
Нет, я поклялся с вами жизнь вести!
Хоть в пользу тьмы сказал я больше слов,
Чем вы нашли в защиту просвещенья,
Я слово данное держать готов
И вытерпеть три года все лишенья.
Позвольте мне устав, — я посмотрю
И подпись для скрепленья дам свою.
Хоть в пользу тьмы сказал я больше слов,
Чем вы нашли в защиту просвещенья,
Я слово данное держать готов
И вытерпеть три года все лишенья.
Позвольте мне устав, — я посмотрю
И подпись для скрепленья дам свою.
Король
Отходчив он — вот что я в нем ценю.
(читает)
Бирон
«Item, ни одна женщина за милю не должна приближаться к местопребыванию моего двора...» — Объявлено уж это?
Лонгвиль
Дня четыре.
Бирон
А наказанье? (Читает.) «Под угрозой лишенья языка». — Кто придумал это?
ШБАТ
Лонгвиль
Простите — я.
Бирон
В чем цель твоя?
Лонгвиль
Чтоб всех гнала угроза этой пени.
Бирон
Опасно для общественных сношений!
(Читает)
Бирон
«Item, если в течение трех лет кто-нибудь будет замечен в разговоре с женщиной, он подвергается такому публичному посрамлению, какое только остальные члены двора в состоянии будут придумать».
Вам, государь, тут погрешить придется, —
Все знают, что из Франции прибудет
Послом сюда принцесса и добьется,
Что с вами лично объясняться будет,
Чтоб Аквитанию дала обратно
Ее отцу больному ваша милость.
Напрасно пункт такой установили,
Или напрасно в путь она пустилась.
Вам, государь, тут погрешить придется, —
Все знают, что из Франции прибудет
Послом сюда принцесса и добьется,
Что с вами лично объясняться будет,
Чтоб Аквитанию дала обратно
Ее отцу больному ваша милость.
Напрасно пункт такой установили,
Или напрасно в путь она пустилась.
Король
В виду того, признаться, не имел.
Бирон
Всегда с наукой выйдет перестрел:
Пока она стремится к дальней цели,
Забудет то, что есть на самом деле.
А получил желаемый предмет,
Как город взял огнем — и есть и нет.
Пока она стремится к дальней цели,
Забудет то, что есть на самом деле.
А получил желаемый предмет,
Как город взял огнем — и есть и нет.
Король
Я договор нарушить принужден:
Необходимостью он упразднен.
Необходимостью он упразднен.
Бирон
Необходимости мы подчинимся
Три сотни раз в течение трех лет.
Ведь от страстей, с которыми родимся,
Спасения вне благодати нет.
И если не смогу исполнить дела,
Необходимостью прикроюсь смело.
Итак, свою охотно подпись дам.
Три сотни раз в течение трех лет.
Ведь от страстей, с которыми родимся,
Спасения вне благодати нет.
И если не смогу исполнить дела,
Необходимостью прикроюсь смело.
Итак, свою охотно подпись дам.
(Подписывается.)
Бирон
И кто нарушит в чем постановленье,
Того пускай покроют стыд и срам:
Ведь вам, как мне, доступны искушенья.
Хоть кисло отношусь я к этим бредням,
Но нарушать надеюсь их последним.
А развлеченья изгнаны навек?
Того пускай покроют стыд и срам:
Ведь вам, как мне, доступны искушенья.
Хоть кисло отношусь я к этим бредням,
Но нарушать надеюсь их последним.
А развлеченья изгнаны навек?
Король
Нисколько. При дворе есть человек, —
Вы знаете, испанской он породы, —
В мозгу неистощимых фраз побег
И преклоненье перед новой модой.
Из тех людей он, что в восторг приводит
Звук собственных речей, как сила чар, —
И в нем судью любой себе находит
Для разрешенья всевозможных свар.
Дитя воображения, Армадо,
Во время отдыха расскажет нам,
Какая ждет высокая награда
Испанских рыцарей на зло векам.
По вкусу ль вам придется, я не знаю;
По мне, таких нелепиц лучше нет, —
Пусть будет он придворный мой поэт.
Вы знаете, испанской он породы, —
В мозгу неистощимых фраз побег
И преклоненье перед новой модой.
Из тех людей он, что в восторг приводит
Звук собственных речей, как сила чар, —
И в нем судью любой себе находит
Для разрешенья всевозможных свар.
Дитя воображения, Армадо,
Во время отдыха расскажет нам,
Какая ждет высокая награда
Испанских рыцарей на зло векам.
По вкусу ль вам придется, я не знаю;
По мне, таких нелепиц лучше нет, —
Пусть будет он придворный мой поэт.
Бирон
Армадо — исключительной породы:
В речах — огонь, и верный рыцарь моды.
В речах — огонь, и верный рыцарь моды.
Лонгвиль
Башка да он — вот нам и развлеченье;
Мы не заметим, как пройдет ученье.
Мы не заметим, как пройдет ученье.
Входят Тупица с письмом и Башка.
Тупица
Где герцог собственной особой?
Бирон
Вот он, приятель. А чего тебе нужно?
Тупица
Я сам представляю собою королевское величество, так как у его величества служу констеблем; но мне нужно было бы видеть его величество во плоти.
Бирон
Вот он.
Тупица
Синьор Арм-Арм свидетельствует вам свое почтение. Обнаружилось скверное дело. Из письма вы узнаете подробности.
Башка
Ваше величество, в этом письме и про меня написано.
Король
Письмо от великолепного Армадо?
Бирон
Какого бы ничтожного предмета оно ни касалось, уповаю на милость божию,
выражено это будет высоким штилем.
Лонгвиль
Высокое упование по ничтожному поводу! Пошли нам, господи, сил!
Бирон
Дослушать до конца, или удержаться от смеха?
Лонгвиль
Выслушать кротко и смеяться умеренно. Или удержаться от того и другого.
Бирон
Отлично, сударь. Пусть самый слог укажет нам предел, до которого должна
дойти наша веселость.
Башка
Там речь идет обо мне, поскольку это касается Жакнеты. Дело в том, что
меня застали на деле.
Бирон
На каком деле?
Башка
На деле или, согласно букве устава, сударь, на трех делах. Меня видели
с нею в замке — раз. Я сидел с нею, согласно букве устава, — два, и шел за
нею следом по парку — три. Все это вместе взятое и составляет дело, согласно
букве устава. Итак, сударь, вот в чем дело: дело в том, что мужчина вступил
в разговор с женщиной, согласно букве устава, согласно известной букве
устава.
Бирон
Что же из этого следует?
Башка
Смотря по тому, какое последует мне наказание. И да защитит господь
правых!
Король
Угодно вам выслушать письмо?
Бирон
Мы будем слушать его, как оракула.
Башка
Как в простоте душевной человек слушает требования плоти.
(читает)
Король
«Великий наместник, представитель тверди и единый владыка Наварры,
земное божество души моей и плоти моей кормитель и покровитель!..»
Башка
О Башке покуда ни одного слова.
(читает)
Король
«Случилось...»
Башка
Всегда что-нибудь случается. Но если он уверяет, что случилось так, то,
говоря по правде, он сам не стоит того, чтобы с ним что-нибудь случалось.
Король
Тихо!
У меня всегда выходит тихо, как у всех, кто в драку не лезет.
Король
Ни слова!
Башка
о чужих секретах, покорнейше прошу.
Король
«...Случилось, что, обуреваемый черной меланхолией, я пожелал
подвергнуть свое удрученное и мрачное настроение целительному действию
твоего животворного воздуха; говоря как благородный дворянин, я решил
предпринять прогулку. Ты спросишь: в какое время? Около шести часов, в ту
пору, когда стада пасутся с наибольшей охотой, пернатые клюют свой корм
всего проворней и люди собираются сесть за трапезу, именуемую ужином. Вот
все, что касается времени. Теперь относительно территории; я хочу сказать —
где происходила вышеуказанная прогулка. В так нарицаемом твоем парке. Что же
касается места, — места, хочу я сказать, где мне пришлось натолкнуться на
непристойное и в высшей степени противозаконное явление, извлекающее из
моего белоснежного пера эбеновые чернила, которые ты сейчас зришь,
созерцаешь и видишь, — что касается этого места, то оно лежит на
северо-северо-востоке, в восточной части западного угла твоего
причудливо-извилистого сада. Там моим взорам предстал этот малоумный пастух,
это низкое ничтожество, служащее к твоему увеселению...»
Башка
Это про меня?
(читает)
Король
«...Это непросвещенное, невежественное создание...»
Башка
Это про меня?
(читает)
Король
«...этот непросвещенный раб...»
Башка
Опять про меня?
(читает)
Король
«...которого, насколько мне помнится, зовут Башкой...»
Башка
Конечно, про меня!
(читает)
Король
«... в обществе и в общении, вопреки установленному и объявленному
декрету твоему и вопреки действующему статуту о... о... о! о... но с кем?
Мне тяжко сказать с кем...»
Башка
С бабенкой!
(читает)
Король
«...с дочерью нашей прабабки Евы, с женским полом, — говоря яснее для
понимания вашего величества, с женщиной. Побуждаемый неослабным чувством
долга, я препровождаю его к вам, чтобы он получил заслуженное наказание, в
сопровождении одного из слуг вашего светлейшего величества — Антони Тупицы,
человека прекрасной репутации, выдержки, обращения и почтенности».
Тупица
Это уже про меня, с вашего позволения. Я — Антони Тупица.
(читает)
Король
«Что же касается Жакнеты — так зовется слабый сосуд, застигнутый мною в
обществе вышеупомянутого пастуха, — то я задержал ее у себя, как сосуд для
строгости твоих законов, и при малейшем указании со стороны твоего
величества представлю ее перед судилищем. Прими выражение полнейшей
преданности и пламенного сознания долга от твоего дона Адриано де-Армадо».
Бирон
Это не так хорошо, как я ожидал, но лучшего мне не доводилось слышать.
Король
Да, это — лучшее из худшего. А вы, любезный, что скажете на это?
Башка
Относительно бабенки — признаюсь.
Король
Но вы слышали, что было объявлено?
Башка
Слышать-то слышал, да внимания не обратил.
Король
Было объявлено — год тюремного заключения тому, кто будет иметь дело с
женщиной.
Башка
Да я ни с какой женщиной не имел дела. Я имел дело с барышней.
БКФ
Король
Отлично. Объявление касалось и барышень.
Башка
Да она никакая не барышня, она — девственница.
Король
Это дела не меняет. Объявление имело в виду и девственниц.
Башка
Ну, если так, то я не настаиваю на ее девственности. Я имел дело просто
с девушкой.
Король
Эта девушка, сударь, вам не поможет.
Башка
Эта девушка, сударь, кое в чем мне поможет.
Король
Вот вам мой приговор: вы будете неделю поститься на воде и мякине.
Башка
Я бы предпочел месяц молиться на баранине и похлебке.
БЛ
Король
И дон Армадо будет вам тюремщик.
Вам, Бирон, поручаю исполненье:
Мы клятву дали в исполненье правил,
Пойдем же в жизнь их проводить скорее.
Вам, Бирон, поручаю исполненье:
Мы клятву дали в исполненье правил,
Пойдем же в жизнь их проводить скорее.
Уходят Король, Лонгвиль и Дюмен.
Бирон
Я голову за шапку бы поставил,
Что выйдет только смех из их затеи.
Идем, мошенник.
Что выйдет только смех из их затеи.
Идем, мошенник.
Башка
Я страдаю за правду, сударь. Ведь правда, что я имел дело с Жакнетой, и
правда, что она правдивая девушка, а потому — добро пожаловать, горькая чаша
благополучия! Настанет день, и печаль подарит меня улыбкой, а покуда сиди
здесь, скорбь!
Уходят.
СЦЕНА 2
Там же.
Входят Армадо и его паж Мотылек.
Входят Армадо и его паж Мотылек.
Армадо
Чем выражается, по-твоему, мальчик, меланхолия великого духом человека?
Мотылек
Главный признак — что он выглядит печально.
Армадо
Как, разве печаль и меланхолия — не одно и то же, дорогая крошка?
Мотылек
Нет, нет. Боже мой, сударь, конечно, нет!
Армадо
В чем же разница между печалью и меланхолией, нежный юноша?
Мотылек
В их внутреннем действии, жесткий старец.
Армадо
Почему «жесткий старец»? Почему «жесткий старец»?
Мотылек
Почему «нежный юноша»? Почему «нежный юноша»?
Армадо
Я назвал тебя «нежным юношей» потому, что эпитет этот корреспондирует
твоим юным годам, которые можно наречь нежными.
Мотылек
А я вас — «жестким старцем» потому, что это название корреспондирует
вашему пожилому возрасту, который можно наречь жестким.
Армадо
Мило и метко!
Мотылек
Что вы хотите сказать, сударь? Что я мил, а мои слова метки, или что я
меток, а слова мои милы?
Армадо
Ты мил, потому что мал.
Мотылек
Мало мил, значит, потому что мал. Ну, а почему я меток?
Армадо
Меток ты потому, что проворен.
Мотылек
Вы это в похвалу мне говорите, хозяин?
Армадо
В соразмерную твоим заслугам похвалу.
Мотылек
Такой же похвалой я могу и угря похвалить.
Армадо
Как, разве угорь находчив?
Мотылек
Угорь — проворен.
Армадо
Я говорю, что ты проворен в ответах. Во мне кровь закипает!
Мотылек
Вот и я получил ответ.
Армадо
Я не люблю, когда мне перечат.
(в сторону)
Мотылек
Не любишь, чтоб перечили, — не заводи пререканий.
Армадо
Я дал обещание провести с герцогом три года в ученье.
Мотылек
Вам хватило бы на это и одного часа, сударь.
Армадо
Невозможная вещь.
Мотылек
Сколько будет трижды один?
Армадо
Я не силен в счете. Это дело буфетчика.
Мотылек
А вы, сударь, дворянин и игрок.
Армадо
Сознаюсь в том и другом. Оба эти свойства необходимы для воспитанного
человека.
Мотылек
Ну, так я уверен, что вы знаете, сколько составят туз и двойка.
Армадо
Они составят на одно очко больше, чем два.
Мотылек
То, что в просторечье называется три.
Армадо
Правильно.
Мотылек
Видите, как скоро идет ученье? Не поспели вы моргнуть три раза, как уже
знаете, что такое три. К слову «три» легко прибавить «года» — и вот ученье
трех лет сведено к двум словам. Это вам ученая лошадь на ярмарке может сосчитать.
Армадо
Расчет тонкий!
(в сторону)
Мотылек
А в итоге получается, что ты — нуль.
Армадо
Засим должен я признаться, что я — влюблен. И насколько унизительно для
воина быть влюбленным, настолько унизительно происхождение той женщины, в
которую я влюблен. Если бы, обнажив свой меч, я мог освободиться от
любовного недуга, я бы взял в плен свое вожделение и охотно отдал бы его
какому-нибудь французскому придворному в обмен на новоизобретенную
любезность. Я презираю вздохи и мог бы, думается, заклясть Купидона. Утешь
меня, мальчик скажи — кто из великих людей был влюблен?
Мотылек
Геркулес, хозяин.
Армадо
Прелестнейший Геркулес! — А еще кто? Дорогой мальчик, побольше
примеров, побольше имен. Но, дорогое дитя мое, смотри, чтоб имена эти
принадлежали людям уважаемым, людям с весом.
Мотылек
Самсон, хозяин. Он был с хорошим весом, с большим весом с таким весом,
что мог городские ворота на плечах унести. И он был влюблен.
Армадо
О плотно сбитый Самсон! О крепко сшитый Самсон! Я превосхожу тебя в уменье владеть рапирой, как ты меня — в искусстве носить ворота. Я также влюблен. В кого был влюблен Самсон, дорогой Мотылек?
Мотылек
В женщину, сударь.
Армадо
Какого темперамента?
Мотылек
Всех четырех, или трех, или двух, или одного из четырех.
Армадо
Определи мне точнее ее темперамент.
Мотылек
Зеленый, как морская вода, сударь.
Армадо
Разве есть такой темперамент?
Мотылек
Я так читал. Причем считается, что это лучший из всех четырех.
Армадо
Конечно, зеленый цвет есть цвет влюбленных, но все-таки, по-моему,
Самсону не было никаких оснований выбирать себе возлюбленную зеленого цвета.
Наверно он полюбил ее за ум.
Мотылек
Это так и было, сударь. У нее был зеленый ум.
Армадо
Моя возлюбленная совершенно незапятнанного белого и алого цвета.
Мотылек
Под таким цветом, хозяин, иногда скрываются довольно запятнанные мысли.
Армадо
Объясни, объясни, образованный отрок.
Мотылек
Да придет мне на помощь остроумие моего отца и красноречие матери!
Армадо
Прелестное воззвание от лица дитяти! Так мило и патетично!
Мотылек
Коль с белым алый сплелся цвет,
Греха не разглядеть:
Могла зардеть на грех в ответ,
От страха побледнеть,
И где тут грех и где тут страх —
Нельзя уразуметь, —
Дано природой на щеках
И кровь и снег иметь.
Довольно подозрительные стихи, хозяин, в применении к белому и красному цвету.
Греха не разглядеть:
Могла зардеть на грех в ответ,
От страха побледнеть,
И где тут грех и где тут страх —
Нельзя уразуметь, —
Дано природой на щеках
И кровь и снег иметь.
Довольно подозрительные стихи, хозяин, в применении к белому и красному цвету.
Армадо
Существует ведь баллада, мальчик, про короля и нищенку?
Мотылек
Был тот грех. Наши прадеды сочинили такую балладу, но теперь, думается,
ее нигде нельзя найти. Да если бы это и было возможно, и слова и напев ее ни
к чему бы не пригодились.
Армадо
Мне бы хотелось написать что-нибудь заново на этот сюжет, что-бы
оправдать уклоны моих чувств авторитетным примером. Мальчик, я влюблен в
крестьянскую девушку, которую застал в парке с этой двуногой скотиной, с
Башкой. Она вполне заслуживает...
Мотылек
порки или, во всяком случае, лучшего любовника, чем мой хозяин.
Армадо
Спой, мальчик! У меня на душе тяжело от влюбленности.
Мотылек
Это удивительно, если принять в расчет, что женщина эта довольно
легкая.
Армадо
Спой, прошу тебя.
Мотылек
Дайте пройти этой компании.
Входят Тупица, Башка и Жакнета.
(к Армадо)
Тупица
Сударь, герцог соизволил поручить вам надзор за Башкой. Не следует ему
мирволить, но и притеснять не годится: надо только следить, чтобы он три
раза в неделю постился. Что же касается до этой барышни — мне ведено держать
ее в парке в качестве молочницы. Мое почтенье.
Армадо
Я выдаю себя румянцем. — Девушка!
Жакнета
Мужчина!
Армадо
Я навещу тебя в коровнике.
Жакнета
Не так-то легко найти дорогу!
Армадо
Я знаю, где он находится.
Жакнета
Господи! Какой вы ученый!
ШБПМ
Армадо
Я расскажу тебе чудесные вещи.
Жакнета
С такой-то наружностью!
Армадо
Я люблю тебя.
Жакнета
Был такой разговор.
Армадо
Итак, до свиданья.
Жакнета
Попутный ветер!
Тупица
Идем, Жакнета, пошевеливайся!
Уходят Тупица и Жакнета.
Армадо
Презренный, ты будешь поститься за свой проступок, пока не заслужишь
прощения!
Башка
Хорошо, сударь, но надеюсь, что я могу это делать с полным желудком?
Армадо
Расплата с тобой будет тяжелою.
Башка
В таком случае я буду больше обязан вам, чем ваша челядь, с которой вы
расплачиваетесь более легковесно.
Армадо
Убрать этого негодяя и заточить!
Мотылек
Идем, преступный раб! Живее!
Башка
Разрешите меня не запирать, сударь, я предпочитаю поститься на свободе.
Мотылек
Нет, сударь. Воздержание и распущенность не идут друг к другу. Тебя
посадят в тюрьму.
Башка
Ладно. Но если я увижу когда-нибудь снова веселые дни моей печали,
которые, я видел, то некоторые люди увидят...
Мотылек
Что некоторые люди увидят?
Башка
Ничего особенного, господин Мотылек. Увидят только то, что увидят.
Конечно, узникам нельзя быть чересчур неразговорчивыми, потому я ничего и не
скажу. Слава богу, что терпения у меня меньше, чем у других прочих, потому я
и могу быть тише воды, ниже травы.
Уходят Мотылек и Башка.
Армадо
Я обожаю даже низкую почву, попираемую ее башмаком, предметом еще более
низким и приводимым в движение ее ногою, предметом самым низким. Полюбив, я
нарушаю клятву, что есть вернейшее доказательство лживости. А можно ли найти
истинную любовь, когда к ней примешана лживость? Любовь — домовой, любовь —
дьявол: нет другого злого духа, кроме любви. А между тем она искусила
Самсона, а он, был замечательный силач; она соблазнила Соломона, а он был
подлинный мудрец. Стрела Купидона слишком крепка для геркулесовской палицы,
тем более — это неравное оружие для испанской шпаги. Первый и второй повод
для вызова мне не годятся: passado он пренебрегает, на duello не обращает
внимания. Его стыд в том, что он называется мальчиком. Его слава в том, что
он покоряет взрослых мужчин. Прощай, мужество! Ржавей, шпага! Умолкни,
барабан! Владелец ваш влюблен! Да, он любит! На помощь ко мне, какой-нибудь
гений импровизации! Я уверен, что начну сочинять сонеты. Острись, ум! Пиши,
перо! Я в настроении заполнить фолианты!
ПМШБ
Уходит.
СЦЕНА 1
Там же.
Входят французская Принцесса, Розалина, Мария, Катерина, Бойе, вельможи и слуги.
Входят французская Принцесса, Розалина, Мария, Катерина, Бойе, вельможи и слуги.
Бойе
Теперь всю ясность духа призовите.
Подумайте: кого отец ваш шлет,
К кому он шлет и цель какую ставит.
Вас он послал вести переговоры
С единым обладателем всего,
Что на земле зовется совершенством, —
С Наваррцем несравненным. Цель посольства —
Вся Аквитания, завидный куш.
Так не скупитесь на очарованья,
Которыми так щедро одарила
Природа вас, всех прочих обездолив
И в вас все прелести соединив.
Подумайте: кого отец ваш шлет,
К кому он шлет и цель какую ставит.
Вас он послал вести переговоры
С единым обладателем всего,
Что на земле зовется совершенством, —
С Наваррцем несравненным. Цель посольства —
Вся Аквитания, завидный куш.
Так не скупитесь на очарованья,
Которыми так щедро одарила
Природа вас, всех прочих обездолив
И в вас все прелести соединив.
Принцесса
Хоть красота посредственна моя,
Я в похвале цветистой не нуждаюсь.
Она оценивается глазами, —
Язык барышника тут ни при чем.
И, слушая все ваши восхваленья,
Я менее горжусь, чем сами вы
В желании прослыть за краснобая.
Но о делах, так о делах, Бойе,
Небезызвестно вам, — молва об этом
Проникла всюду, — что король Наваррский
Решил три года провести в занятьях
И женщин в свои приют не допускать.
Поэтому нам не мешало б раньше,
Чем преступить его порог запретный,
Узнать, как примет это он. И вот,
В виду достоинств ваших, поручаем
Вам выступить ходатаем за нас.
Скажите, что французская принцесса
По делу очень важному хотела б
С его величеством иметь свиданье.
Итак, спешите. Мы же будем ждать
С покорностью монаршего решенья.
Я в похвале цветистой не нуждаюсь.
Она оценивается глазами, —
Язык барышника тут ни при чем.
И, слушая все ваши восхваленья,
Я менее горжусь, чем сами вы
В желании прослыть за краснобая.
Но о делах, так о делах, Бойе,
Небезызвестно вам, — молва об этом
Проникла всюду, — что король Наваррский
Решил три года провести в занятьях
И женщин в свои приют не допускать.
Поэтому нам не мешало б раньше,
Чем преступить его порог запретный,
Узнать, как примет это он. И вот,
В виду достоинств ваших, поручаем
Вам выступить ходатаем за нас.
Скажите, что французская принцесса
По делу очень важному хотела б
С его величеством иметь свиданье.
Итак, спешите. Мы же будем ждать
С покорностью монаршего решенья.
Бойе
Я горд, такое порученье взяв от вас.
Принцесса
Такая гордость хороша для нас!
Уходит Бойе.
Принцесса
Не знаете ли, кто там при дворе
Сподвижники в обете королевском?
Сподвижники в обете королевском?
1-й вельможа
Есть там Лонгвиль.
Принцесса
Вы лично с ним знакомы?
Мария
Я с ним знакома. Как справляли свадьбу
В Нормандии лорд Перигор с прекрасной
Наследницею Джека Фоконбриджа,
Там познакомилася я с Лонгвилем.
Он отзывов достоин самых лучших;
Он очень образован, храбрый воин,
За что ни примется — все одолеет.
Пятно на этом доблестном есть глянце,
Коль в добродетели быть пятна могут.
То — острый ум в союзе с грубой волей.
Ум так и режет все, чего коснется;
И тем, над кем он волен, нет пощады.
В Нормандии лорд Перигор с прекрасной
Наследницею Джека Фоконбриджа,
Там познакомилася я с Лонгвилем.
Он отзывов достоин самых лучших;
Он очень образован, храбрый воин,
За что ни примется — все одолеет.
Пятно на этом доблестном есть глянце,
Коль в добродетели быть пятна могут.
То — острый ум в союзе с грубой волей.
Ум так и режет все, чего коснется;
И тем, над кем он волен, нет пощады.
Принцесса
Какой-нибудь веселый пересмешник?
Мария
У всех друзей о нем такое мненье.
Принцесса
Но срок таким умам — одно мгновенье.
А кто еще?
А кто еще?
Катерина
Есть там отличный юноша, Дюмен:
Он мил для всех, кто любит добродетель.
Чем больше может делать зла, тем меньше
Он делает его. Ума хватает
Ему украсить все, в чем красоты нет,
А красоты — и без ума быть милым.
У Алансона с ним встречалась я.
Но отзыв мой о нем, конечно, бледен.
Он мил для всех, кто любит добродетель.
Чем больше может делать зла, тем меньше
Он делает его. Ума хватает
Ему украсить все, в чем красоты нет,
А красоты — и без ума быть милым.
У Алансона с ним встречалась я.
Но отзыв мой о нем, конечно, бледен.
Розалина
Тогда с ним был еще один из здешних
Отшельников. Насколько помню я,
Его Бироном звали. Вот веселый
В пределах этикета человек!
Я никогда такого не встречала.
На что ни взглянет он, во всем найдет
Предлог, чтобы, умом воспламенившись.
Изобретать остроты, каламбуры, —
И все это изысканнейшим слогом,
С такою мягкостью и остроумьем,
Что занимает даже стариков;
А молодежь — та прямо вне себя:
Такая прелесть есть в его беседе.
Отшельников. Насколько помню я,
Его Бироном звали. Вот веселый
В пределах этикета человек!
Я никогда такого не встречала.
На что ни взглянет он, во всем найдет
Предлог, чтобы, умом воспламенившись.
Изобретать остроты, каламбуры, —
И все это изысканнейшим слогом,
С такою мягкостью и остроумьем,
Что занимает даже стариков;
А молодежь — та прямо вне себя:
Такая прелесть есть в его беседе.
Принцесса
Помилуй бог! Все фрейлины влюбились:
Сужу я по тому, как выхваляет
Свой выбор каждая наперебой.
Сужу я по тому, как выхваляет
Свой выбор каждая наперебой.
1-й вельможа
Вот и Бойе!
Возвращается Бойе.
Принцесса
Ну что, какие вести?
Бойе
Наваррцу ваш приезд уже известен.
Он сам и все сподвижники его
Уж приготовились для вашей встречи
До моего прихода. Но хотели б
Скорей, чтоб в поле вы остановились, —
Как будто осаждать решили замок, —
Чем нарушать для этого обеты
И принимать вас во дворце пустынном.
Да вот и сам король.
Он сам и все сподвижники его
Уж приготовились для вашей встречи
До моего прихода. Но хотели б
Скорей, чтоб в поле вы остановились, —
Как будто осаждать решили замок, —
Чем нарушать для этого обеты
И принимать вас во дворце пустынном.
Да вот и сам король.
Входят Король, Лонгвиль, Дюмен, Бирон и приближенные.
Король
Прелестная принцесса, будьте гостьей.
Принцесса
«Прелестную» я вам возвращаю обратно, а гостьей себя еще не вижу. Потолок этого дворца слишком высок для вас, а быть гостьей в чистом поле — слишком низко для меня.
МББР
Король
Вы гостьей будете и во дворце.
Принцесса
На это я согласна. Что ж, идемте!
Король
Позвольте вам сказать — я клятву дал.
Принцесса
Святая дева! Клятвы нарушают!
Король
Своей я волей клятвы не нарушу.
Принцесса
Нарушите как раз своею волей.
Король
Принцесса, вы не знаете, в чем дело.
Принцесса
О, лучше в мудром пребывать незнанье,
Чем подтверждать невежество наукой!
Я слышала, отшельником вы стали:
Великий грех — давать такие клятвы
И грех — нарушить.
Простите, что слова так откровенны:
Учить ученого — не наше дело.
Прочтите здесь изложенную просьбу
И дайте мне немедленный ответ.
Чем подтверждать невежество наукой!
Я слышала, отшельником вы стали:
Великий грех — давать такие клятвы
И грех — нарушить.
Простите, что слова так откровенны:
Учить ученого — не наше дело.
Прочтите здесь изложенную просьбу
И дайте мне немедленный ответ.
Король
Немедленность зависит не от нас.
Принцесса
Ответите — уеду я тотчас;
Останусь здесь — смущать лишь буду вас.
Останусь здесь — смущать лишь буду вас.
Бирон
В Брабанте с вами мы не танцевали?
Розалина
БиронВ Брабанте с вами мы не танцевали?
В Брабанте с вами мы не танцевали?
Бирон
Уверен в этом.
Розалина
Зачем же было задавать вопрос?
Бирон
Вы скоры!
Розалина
Ускорили меня своим вопросом.
Бирон
Скача стремглав, ускачетесь на славу.
Розалина
Но раньше седока свалю в канаву.
Бирон
Который час?
Розалина
Да час дурацкой сказки.
Бирон
Почтенье вашей маске.
Розалина
Лицу, я полагаю?
Бирон
Влюбленных вам желаю!
Розалина
Аминь. Сама найду.
(Отходит в сторону.)
Бирон
Тогда я отойду!
(Отходит в сторону.)
Король
Принцесса, ваш родитель сообщает,
Что уплатил мне сотню тысяч крон:
Выходит, ровно половину суммы,
Которую он занял на войну.
Но если б даже мы и получили —
Я иль отец мой — эту сумму, все же
Не выплачена остальная сотня, —
И Аквитания в залог дана,
Хотя она не стоит этих денег.
Когда бы наш отец мне половину
Оставшуюся заплатил, охотно б
От Аквитании я отказался
И заключил с ним дружеский союз.
Но хочет, видно, он совсем другого:
Он хочет получить еще сто тысяч
И, получивши сотню тысяч крон,
Мне предоставить право навсегда
На Аквитанию за эту сумму.
Приятней было б мне совсем другое —
Долг получить от вашего отца,
А не страну, урезанную ныне.
Будь эти предложения, принцесса,
Приемлемы рассудку, я охотно
На них пошел бы вопреки рассудку,
Чтоб вам уехать удовлетворенной.
Что уплатил мне сотню тысяч крон:
Выходит, ровно половину суммы,
Которую он занял на войну.
Но если б даже мы и получили —
Я иль отец мой — эту сумму, все же
Не выплачена остальная сотня, —
И Аквитания в залог дана,
Хотя она не стоит этих денег.
Когда бы наш отец мне половину
Оставшуюся заплатил, охотно б
От Аквитании я отказался
И заключил с ним дружеский союз.
Но хочет, видно, он совсем другого:
Он хочет получить еще сто тысяч
И, получивши сотню тысяч крон,
Мне предоставить право навсегда
На Аквитанию за эту сумму.
Приятней было б мне совсем другое —
Долг получить от вашего отца,
А не страну, урезанную ныне.
Будь эти предложения, принцесса,
Приемлемы рассудку, я охотно
На них пошел бы вопреки рассудку,
Чтоб вам уехать удовлетворенной.
Принцесса
Клевещете на моего отца
И вашу репутацию черните,
Так явно отвергая тот платеж,
Что был произведен весьма исправно.
И вашу репутацию черните,
Так явно отвергая тот платеж,
Что был произведен весьма исправно.
Король
Поверьте, в первый раз об этом слышу.
Когда докажете, верну все деньги
Иль Аквитанию.
Когда докажете, верну все деньги
Иль Аквитанию.
Принцесса
Ловлю на слове.
Бойе вам может показать расписки
От казначеев вашего отца
На эту сумму.
Бойе вам может показать расписки
От казначеев вашего отца
На эту сумму.
Король
Очень вас прошу.
Бойе
С соизволенья вашего, пакет,
Где ваши все дела и все расписки,
Еще не прибыл. Завтра вам доставлю.
Где ваши все дела и все расписки,
Еще не прибыл. Завтра вам доставлю.
Король
Отлично. Я тогда их рассмотрю
И на разумные пойду уступки.
Теперь не откажитесь от приема,
Который мог бы, не пятная чести,
Предложен быть достоинствам высоким.
Принцесса, в мой дворец вступить нельзя вам,
Но здесь вас окружат таким почетом,
Что ясно станет вам, как в сердце принял
Я гостью дорогую вместо дома.
Простит нас ваша доброта. Протайте.
А завтра — снова ждите посещенья.
И на разумные пойду уступки.
Теперь не откажитесь от приема,
Который мог бы, не пятная чести,
Предложен быть достоинствам высоким.
Принцесса, в мой дворец вступить нельзя вам,
Но здесь вас окружат таким почетом,
Что ясно станет вам, как в сердце принял
Я гостью дорогую вместо дома.
Простит нас ваша доброта. Протайте.
А завтра — снова ждите посещенья.
Принцесса
В делах — успеха вам и процветанья.
Король
Да сбудутся во всем твои желанья!
Уходит.
Бирон
Сударыня, я хотел бы предоставить вашему вниманию мое собственное сердце.
Розалина
Сделайте одолжение, предоставьте. Мне очень интересно посмотреть на него.
Бирон
Я бы хотел, чтобы вы слышали его стоны.
Розалина
Дурашка болен?
Бирон
Сердечною болезнью.
Розалина
Пустить надо кровь!
Бирон
Поправится вновь?
Розалина
По правилам — да.
Бирон
Пустите в ход глаза.
Розалина
Ножом распороть.
Бирон
Храни вас господь!
Розалина
А вам не «многи лета».
Бирон
Не благодарю вас за это.
(Отходит в сторону.)
Дюмен
Кто эта дама там? Прошу вас мне помочь.
Бойе
То Катерина, герцогская дочь.
Дюмен
Особа славная! Мое почтенье.
Уходит.
Лонгвиль
Попрошу вас сказать, кто там в белом одет?
Бойе
Сами видите, дама, — на дворе белый свет.
Лонгвиль
В белом свете белянка! А как ее знать?
Бойе
Имя только одно, так неловко сказать.
Лонгвиль
Пожалуйста, сударь, чья она дочь?
Бойе
Дочь матери, наверно.
Лонгвиль
Шутить так — очень скверно.
Бойе
Не надобно сердиться.
Она — дочь Фоконбриджа.
Она — дочь Фоконбриджа.
Лонгвиль
Готов я смириться.
Прелестнейшая дама!
Прелестнейшая дама!
Бойе
Все может быть. Не спорю.
Уходит Лонгвиль.
Бирон
А там в шапочке кто?
Бойе
Розалина. А что?
Бирон
Она замужем? Нет?
Бойе
Лишь сама даст обет.
Бирон
К услугам вашим. До свиданья.
Бойе
Услуги — мне, а вам — свиданье.
Уходит Бирон.
Мария
Последний был Бирон, известнейший остряк,
Что ни слово — то шутка.
Что ни слово — то шутка.
Бойе
А шутки все — пустяк.
Принцесса
Я рада, что с ним вы не попали впросак.
Бойе
В абордажном бою я совсем не простак.
Мария
Прямо — бой каравелл!
Бойе
Почему не коров?
Если луг — ваши губы, пастись я готов.
Если луг — ваши губы, пастись я готов.
Мария
Вся острота лишь в том: вы — корова, я — луг?
Бойе
Слишком лакомо пастбище!
(Хочет ее поцеловать.)
Мария
Нет, милый друг,
Тут, поверьте, не всякие бродят стада.
Тут, поверьте, не всякие бродят стада.
Бойе
А владельцами кто?
Мария
Я сама и судьба.
Принцесса
Две силы столкнулись, но лучше б тогда,
Как король приходил, вы столкнулись, друзья,
А домашней войной заниматься нельзя.
Как король приходил, вы столкнулись, друзья,
А домашней войной заниматься нельзя.
Бойе
Насколько я видел, — а редко уменье
В глазах прочитать красноречье волненья
Вводило в ошибку, — король заражен.
В глазах прочитать красноречье волненья
Вводило в ошибку, — король заражен.
Принцесса
Но чем же?
Бойе
Название недугу — быть влюбленным.
ФПМР
Принцесса
Ваш довод?
Бойе
Движения все от него удалились
И все во дворце его глаз поместились,
А сердце, — печать, восприявшая вас, —
Гордилось и гордостью полнило глаз.
Язык в нетерпенье утратил уменье,
Спеша обратиться в одно лицезренье.
Все чувства, забывши, что их — целых пять,
Красоты красот лишь хотят созерцать.
И чувство блестело в сиянии глаз,
Как будто в стеклянной шкатулке алмаз.
Алмазу стекло столько блеску дает,
Что всякий захочет купить, кто идет.
Он стоял и с очей ваших глаз не спускал,
И я в книге лица на полях прочитал:
«О, бери Аквитанию, всем завладей —
Одного поцелуя лишь мне не жалей».
И все во дворце его глаз поместились,
А сердце, — печать, восприявшая вас, —
Гордилось и гордостью полнило глаз.
Язык в нетерпенье утратил уменье,
Спеша обратиться в одно лицезренье.
Все чувства, забывши, что их — целых пять,
Красоты красот лишь хотят созерцать.
И чувство блестело в сиянии глаз,
Как будто в стеклянной шкатулке алмаз.
Алмазу стекло столько блеску дает,
Что всякий захочет купить, кто идет.
Он стоял и с очей ваших глаз не спускал,
И я в книге лица на полях прочитал:
«О, бери Аквитанию, всем завладей —
Одного поцелуя лишь мне не жалей».
Принцесса
Поспешите к палаткам: Бойе начинает...
Бойе
Лишь о том, на что глаз короля намекает.
Мой язык — его взглядов простой перевод
И, поверьте, при этом нисколько не лжет.
Мой язык — его взглядов простой перевод
И, поверьте, при этом нисколько не лжет.
Розалина
Такой старый сводник кого не сведет!
ММБ
Мария
Он — дед Купидона и все разузнал.
Розалина
Венера — в мамашу; отец сплоховал.
Бойе
Послушайте...
Мария
Нет.
Бойе
Так откройте глаза!
Розалина
Совсем заблудился.
Бойе
Мне с ними беда!
Уходят.
СЦЕНА 1
Там же.
Входят Армадо и Мотылек.
Входят Армадо и Мотылек.
Армадо
Спой, мальчик. Воспламени мой слух.
(поет)
Мотылек
До-ми-соль-до!..
Армадо
Прелестная ария! Нежный цвет юности, возьми этот ключ и, освободив
пастуха, приведи его сюда незамедлительно. Я хочу через него послать письмо
к моей возлюбленной.
Мотылек
Хозяин, а вы не пробовали воздействовать на вашу возлюбленную
французским танцем?
Армадо
Что ты под этим разумеешь? Разговаривать с ней по-французски?
Мотылек
Нет, почтеннейший хозяин. Способ состоит вот в чем: языком насвистывать
джигу, ногами выделывать канарские па, при этом влюбленно ворочать глазами,
вздыхать громко и вообще издавать разные звуки: то через горло, будто вы
влюбленно глотаете любовь, то через нос, будто вы влюбленно ловите любовный
запах; шляпу надвинуть на глаза, как навес у лавки, руки скрестить на вашем
обвислом жилете, как кролик на вертеле, или засунуть в карманы, как рисовали
на старых портретах. И на одном и том же долго не задерживаться: сделал одно
— и сейчас же за другое. Этими приемами, этими штучками легко поймать милых
женщин, которые только того и ждут, чтоб их поймали. Таким-то образом
мужчины — взвесьте мои слова — придают себе вес.
Армадо
Как ты приобрел такие познания?
Мотылек
Имея на грош наблюдательности.
Армадо
«О стыд! О стыд!»
Мотылек
«... Конек-скакунок позабыт!»
Армадо
Что же, ты мою возлюбленную приравниваешь к коньку-скакунку?
Мотылек
Нет, хозяин. Конек-скакунок — жеребчик, а ваша возлюбленная скорей —
объезженная кобылка. Разве вы забыли о вашей возлюбленной?
Армадо
Почти что.
Мотылек
Какая небрежность! Вам нужно было бы знать ее на память.
Армадо
На память, на сердце и в сердце.
Мотылек
И вне сердца, хозяин. Все эти три положения я берусь доказать.
Армадо
Что же ты докажешь?
Мотылек
Не быть мне живу, если я не докажу все три положения и притом в одну
минуту. На сердце она у вас находится потому, что вы не можете на нее
налюбоваться; в сердце — потому, что вы влюблены в нее; а вне сердца —
потому, что, находясь вне поля вашего зрения, она не может доставить вам
наслаждение.
Армадо
Все три положения подходят ко мне.
Мотылек
Но будь их трижды три, из всех из них ничего не получается.
Армадо
Позови сюда пастуха, я хочу послать его с письмом.
Мотылек
Вполне подходящий для вашего послания посол! Лошадь — вестник осла.
Армадо
Что? Что ты сказал?
Мотылек
Ну да, сударь. Вы должны были бы послать этого осла на лошади, потому
что он — настоящий тихоход. Но я иду.
Армадо
Дорога не длинна. Спеши!
Мотылек
Быстрей свинца, сударь.
Армадо
Как, милый выдумщик? Свинец ведь тяжкой грузности металл.
Мотылек
Minime, господин мой. — Я бы этого не сказал.
Армадо
Свинец — всегда медлитель.
Мотылек
Поспешен ваш ответ.
А разве медлит он, когда летит из пушки?
А разве медлит он, когда летит из пушки?
Армадо
О цвет риторики!
Я — пушка, ты — ядро. И выстрелить хочу
Тобою в пастуха.
Я — пушка, ты — ядро. И выстрелить хочу
Тобою в пастуха.
Мотылек
Ну, пли! И я лечу!
Уходит.
Армадо
Какой отменный юноша: остер не по летам!
А я печаль открою прекрасным небесам
И, мужество откинув, унынью место дам.
Но вот гонец вернулся.
А я печаль открою прекрасным небесам
И, мужество откинув, унынью место дам.
Но вот гонец вернулся.
Возвращается Мотылек с Башкой.
Мотылек
Вот чудеса: лодыжку Башка сломал невзначай!
Армадо
Загадочки, шарады? С «посыла» начинай.
Башка
Никакой кадочки, никакого парада, ни посыла, ни посылки нет у меня, сударь! О сударь, горе! Сплошное горе! Не «посыл», не посылка, сударь, а горе!
Армадо
Клянусь честью, не хочешь, да рассмеешься. Его тупость разгоняет то мои сплин. Движение моих легких производит улыбку. Простите меня, небесные светила! Этот бестолковый человек путает посыл с посылкой в посылку с посылом.
Мотылек
Посыл или посылка, не все ли то равно?
Армадо
Нет, паж! То — заключенье, и смысл его таков,
Чтоб объяснить значение нам непонятных слов.
Например:
Лису, мартышку да пчелу бери —
И выйдет нечет — всего их три.
Это «данное»; теперь — посыл...
Чтоб объяснить значение нам непонятных слов.
Например:
Лису, мартышку да пчелу бери —
И выйдет нечет — всего их три.
Это «данное»; теперь — посыл...
Мотылек
Позвольте «данное», я сделаю посыл.
Армадо
Лису, мартышку да пчелу бери —
И выйдет нечет — всего их три.
И выйдет нечет — всего их три.
Мотылек
Прибавим гуся мы к этим трем —
И в четырех мы чет найдем.
Теперь я начну с «данного», а вы прибавьте посыл.
Лису, мартышку да пчелу бери —
И выйдет нечет — всего их три.
И в четырех мы чет найдем.
Теперь я начну с «данного», а вы прибавьте посыл.
Лису, мартышку да пчелу бери —
И выйдет нечет — всего их три.
Армадо
Прибавим гуся мы к этим трем —
И в четырех мы чет найдем.
И в четырех мы чет найдем.
Мотылек
Славный посыл в виде гуся! Чего еще желать?
Башка
Да, милый с гусем во-время поспел, клянусь!
И сделка хороша, когда в итоге гусь.
И все сомнения решились торгом мирным,
Когда на «данное» ответил гусем жирным.
И сделка хороша, когда в итоге гусь.
И все сомнения решились торгом мирным,
Когда на «данное» ответил гусем жирным.
Армадо
Погоди, погоди! С чего у нас пошло?
Мотылек
Сказал я, что лодыжку сломал он невзначай,
Потребовали вы посыла.
Потребовали вы посыла.
Башка
Я охать стал, вы «данное» нам предложили.
А милый вставил тут гусиный свой посыл;
Тем торг и завершился.
А милый вставил тут гусиный свой посыл;
Тем торг и завершился.
Армадо
Но скажи на милость, как у Башки могла сломаться лодыжка?
Мотылек
Извольте, я вам расскажу со всем чувством.
Башка
С чувством ты не можешь это сделать, так как почувствовал-то я. Лучше я
расскажу это в виде посыла:
Я, названный Башка, бежать сюда вскочил,
Но за порог запнулся, лодыжку подломил.
Я, названный Башка, бежать сюда вскочил,
Но за порог запнулся, лодыжку подломил.
Армадо
Ну, довольно разговоров об этой материи.
Башка
Покуда в разбитой лодыжке не останется материи.
Армадо
Друг Башка, я хочу тебя раскрепостить.
Башка
Да, поститься я не очень-то люблю; предпочитаю гусиные посылы.
Армадо
Клянусь своей нежной душой, я хотел тебе сказать, что дарую тебе
свободу, отпускаю тебя на волю, так как ты находился в узилище, в темнице, в
тюрьме, в запоре.
Башка
Так, так. Значит, вы хотите быть вроде слабительного при моем запоре?
Армадо
Я дарую тебе свободу, возвращаю тебя на волю, но взамен этого ставлю
одно условие — чтобы ты передал поселянке Жакнете этот знак внимания. (Дает
ему письмо.) А вот тебе репарация; главный оплот моего достоинства состоит в
том, что труды всех моих подчиненных обеспечены репарацией. Мотылек, следуй
за мной.
Уходит.
Мотылек
Как идет продолженье! Ну, Башка, до свиданья.
Башка
О кусочек мой лакомый! Диво — созданье!
Уходит Мотылек.
Башка
Теперь посмотрим, что это за «репарация». Репарация! О, это латинское слово
означает не более не менее как три фартинга. Три фартинга — репарация.
«Сколько стоит эта лента?» — «Три фартинга». — «Нет, я заплачу вам
репарацию». Вот так штука! Репарация — это звучит убедительнее, чем
французская крона. Никогда не буду ни покупать, ни продавать без этого
слова.
Входит Бирон.
Бирон
А, Башка, почтеннейший плут! Вот кстати я с тобою встретился!
Башка
Скажите пожалуйста, сударь, сколько можно купить лент тельного цвета на
репарацию?
Бирон
А что такое репарация?
Башка
Ну как же, сударь! Три фартинга.
Бирон
Значит, и купить можно на три фартинга.
Башка
Благодарю вашу милость. Имею честь кланяться.
Бирон
Стой, порученье есть.
И если хочешь милость заслужить,
То порученье ты мое исполнишь.
И если хочешь милость заслужить,
То порученье ты мое исполнишь.
Башка
А когда его нужно исполнить?
Бирон
Сегодня днем.
Башка
Слушаю, будет исполнено. До свиданья.
Бирон
Но ты же не знаешь, в чем оно состоит.
Башка
Когда исполню, тогда и узнаю.
Бирон
Брось, мошенник! Нужно раньше знать, в чем дело.
Башка
Вот я и приду к вашей милости пораньше завтра утром.
Бирон
Нет, ты должен сделать это сегодня же днем. Поручение заключается в
следующем:
Сюда принцесса будет на охоту
И с нею благородная девица.
Нежнее имени язык не знает,
Как Розалина! Отыщи ее
И в руки белые отдай ей этот
Секрет с печатью. Вот и мзда. Ступай!
Сюда принцесса будет на охоту
И с нею благородная девица.
Нежнее имени язык не знает,
Как Розалина! Отыщи ее
И в руки белые отдай ей этот
Секрет с печатью. Вот и мзда. Ступай!
(Дает ему шиллинг.)
Башка
Мзда? Очень приятная мзда. Лучше, чем репарация. На одиннадцать пенсов
и один фартинг лучше. Очень приятная мзда! — Будет исполнено, сударь, как по
писанному. Мзда! Репарация!
Б
Уходит.
Бирон
Как? Я влюблен на самом деле? Я, который всегда был бичом любви!
И обличителем любовных вздохов,
И критиком, и зорким полицейским,
С которым я так строго обращался,
Как самый чванный человек с мальчишкой!
Слепой, упрямый и плаксивый мальчик,
Старик-младенец, карлик-великан,
Правитель рифм, властитель рук скрещенных,
Помазанник стенаний, воздыханий,
Король разочарованных ленивцев,
Монарх всех юбок, царь мужских штанов,
Ты — император, высший предводитель
Прелюбодеев всех. О малодушье!
Мне адъютантом быть в его войсках!
Носить его цвета, как скомороху!
Как? Я влюблен? За женщиной гонюсь!
Они всегда вроде часов немецких,
Что требуют починки. Все не так!
Всегда идет неверно: как ни бейся,
А хода верного от них не жди.
Но худшее — что клятву я нарушил
И в худшую из трех влюбился я.
Белянка резвая, с густою бровью,
С мячами смоляными вместо глаз!
Но, небом я клянусь, она развратна,
Хоть Аргуса приставь к ней вместо стража.
И я по ней вздыхаю! Жду ее!
Ее молю! Но пусть. Наверно мстит
Мне Купидон за прежнее презренье
К его всесильной, страшной крошке — власти.
Пусть! Буду ждать, писать, вздыхать, молить...
Тех любим мы, кого пришлось любить.
И обличителем любовных вздохов,
И критиком, и зорким полицейским,
С которым я так строго обращался,
Как самый чванный человек с мальчишкой!
Слепой, упрямый и плаксивый мальчик,
Старик-младенец, карлик-великан,
Правитель рифм, властитель рук скрещенных,
Помазанник стенаний, воздыханий,
Король разочарованных ленивцев,
Монарх всех юбок, царь мужских штанов,
Ты — император, высший предводитель
Прелюбодеев всех. О малодушье!
Мне адъютантом быть в его войсках!
Носить его цвета, как скомороху!
Как? Я влюблен? За женщиной гонюсь!
Они всегда вроде часов немецких,
Что требуют починки. Все не так!
Всегда идет неверно: как ни бейся,
А хода верного от них не жди.
Но худшее — что клятву я нарушил
И в худшую из трех влюбился я.
Белянка резвая, с густою бровью,
С мячами смоляными вместо глаз!
Но, небом я клянусь, она развратна,
Хоть Аргуса приставь к ней вместо стража.
И я по ней вздыхаю! Жду ее!
Ее молю! Но пусть. Наверно мстит
Мне Купидон за прежнее презренье
К его всесильной, страшной крошке — власти.
Пусть! Буду ждать, писать, вздыхать, молить...
Тех любим мы, кого пришлось любить.
Уходит.
СЦЕНА 1
Там же.
Входят Принцесса со свитой, Лесничий, Бойе, Розалина, Мария и Катерина.
Входят Принцесса со свитой, Лесничий, Бойе, Розалина, Мария и Катерина.
Принцесса
То не король так рьяно шпорил лошадь,
Стремясь на высоту холма крутого?
Стремясь на высоту холма крутого?
Бойе
Не знаю, но, мне кажется, не он.
Принцесса
Кто б ни был, он — возвышенных стремлений!
Ну, господа, покончивши с делами,
В субботу тронемся в обратный путь.
Лесничий, друг мой, укажи нам чащу,
Где мы могли бы поиграть в убийство.
Ну, господа, покончивши с делами,
В субботу тронемся в обратный путь.
Лесничий, друг мой, укажи нам чащу,
Где мы могли бы поиграть в убийство.
Лесничий
Вон на опушке той далекой рощи
Прекраснейшая может быть охота.
Прекраснейшая может быть охота.
Принцесса
Прекрасна я, и страсть моя — охота,
А вместе все — прекрасная охота?
А вместе все — прекрасная охота?
Лесничий
Простите, я не то хотел сказать.
Принцесса
Как? Похвалить, потом обратно взять?
Увы, какой короткий срок для чести!
Увы, какой короткий срок для чести!
Лесничий
Прекрасны вы.
Принцесса
Теперь не надо лести.
Не стать красивой со словами вместе.
Вот, зеркало правдивое, прими
Не стать красивой со словами вместе.
Вот, зеркало правдивое, прими
(дает ему денег)
Принцесса
За откровенные слова твои.
Лесничий
Все ваши свойства — красота одна!
Принцесса
Как! Красота моя уж спасена?
Вот наших дней превратное сужденье:
Кто б ни платил, достоин восхваленья! —
Мой лук, ко мне! Вот доброта пошла
Охотиться, охота ж, ясно, зла,
Но на охоте я не посрамлюсь:
Дам промах — на чувствительность сошлюсь,
А попаду — не для чего иного,
Как ловкость показать, без чувства злого.
Так многие, не может быть сомненья,
Тщеславием ведутся к преступленью.
Желанье славы, суетных наград
Наполнят сердце так, что сам не рад.
И я пролью кровь бедного козла,
Ему нисколько не желая зла.
Вот наших дней превратное сужденье:
Кто б ни платил, достоин восхваленья! —
Мой лук, ко мне! Вот доброта пошла
Охотиться, охота ж, ясно, зла,
Но на охоте я не посрамлюсь:
Дам промах — на чувствительность сошлюсь,
А попаду — не для чего иного,
Как ловкость показать, без чувства злого.
Так многие, не может быть сомненья,
Тщеславием ведутся к преступленью.
Желанье славы, суетных наград
Наполнят сердце так, что сам не рад.
И я пролью кровь бедного козла,
Ему нисколько не желая зла.
КЛМБ
Бойе
Не то же ли желание, к тому же,
Негодных женщин заставляет мужа
Под башмаком держать?
Негодных женщин заставляет мужа
Под башмаком держать?
Принцесса
Желанье славы — славу и получит
Та, что покорным мужа быть приучит.
Та, что покорным мужа быть приучит.
Бойе
Но вот идет один из этой клики.
Входит Башка.
Башка
Добрый день честной компании! Скажите пожалуйста, где здесь дама, которая всем голова?
Принцесса
Ты сам бы мог это заметить, приятель: значит, у других голов нет.
Башка
Где самая большая, самая высокая?
Принцесса
Самая толстая и самая длинная?
Башка
Да, правда, что толста, — не смею возражать.
Прошла бы ваша талья, будь, как мой ум, тонка,
В любую из браслеток с девической руки.
Так это вы глава? Вы толще всех из них.
Прошла бы ваша талья, будь, как мой ум, тонка,
В любую из браслеток с девической руки.
Так это вы глава? Вы толще всех из них.
ФПРМ
Принцесса
Но что тебе угодно?
Башка
Вот господин Бирон шлет Розалине весть.
Принцесса
Сюда письмо, скорей! Как друг, могу прочесть.
Бойе, вы резать мастер, итак, сейчас возьмите
Разрежьте каплуна.
Бойе, вы резать мастер, итак, сейчас возьмите
Разрежьте каплуна.
Бойе
Конечно, как хотите,
Но не по адресу письмо сюда пришло:
Оно к Жакнете.
Но не по адресу письмо сюда пришло:
Оно к Жакнете.
Принцесса
Вздор! Не все ли мне равно?
Сверните шею враз — и прочитайте вслух.
Сверните шею враз — и прочитайте вслух.
(читает)
Бойе
«Клянусь небесами, несомненно, что ты прекрасна; истина, что ты
красива; чистейшая истина, что ты привлекательна. Ты, что прекраснее самой
прекрасности, красивее красоты, истинней самой истины, сжалься над твоим
героическим вассалом! Великодушный и преславный король Кофетуа обратил свои
взоры на пагубную и несомненную нищенку Зенелофон. И он имел полное
основание сказать: veni, vidi, vici, что в передаче на язык черни — о,
низкий и темный язык! — означает videlicet: пришел, увидел, победил. Пришел — раз, увидел — два, победил —
три. Кто пришел? Король. Зачем пришел? Чтобы увидеть. Для чего он увидел?
Чтобы победить. К кому он пришел? К нищенке. Кого увидел? Нищенку. Кого
победил? Нищенку. В результате — победа. На чьей стороне? На стороне короля.
Добыча обогатилась. С чьей стороны? Со стороны нищенки. Катастрофа
заключается в браке. С чьей стороны? Со стороны короля. Нет, со стороны
обоих в одном или со стороны одного в обоих. Я — король: на это указывает
сравнение. Ты — нищенка: об этом свидетельствует твое низкое происхождение.
Прикажу ли я тебе любить? Имел бы возможность. Употреблю ли насилие для
этого? Мог бы. Буду ли умолять о любви? Намерен. Что ты получишь в обмен на
лохмотья? Наряды. В обмен на убожество? Блеск. В обмен на себя? Меня. В
ожидании твоего ответа я оскверняю свои губы твоими ногами, свое зрение —
твоим изображением, сердце — всеми частями твоего тела.
Твой с нежнейшей готовностью к служению
дон Адриано де-Армадо».
Ты слышишь, как кричит Немейский лев,
Что бедную овечку ожидает?
Пади к его ногам — смягчится гнев,
И он с тобой, насытясь, поиграет.
Но окажи ему сопротивленье —
Уволочет в пещеру на съеденье.
Твой с нежнейшей готовностью к служению
дон Адриано де-Армадо».
Ты слышишь, как кричит Немейский лев,
Что бедную овечку ожидает?
Пади к его ногам — смягчится гнев,
И он с тобой, насытясь, поиграет.
Но окажи ему сопротивленье —
Уволочет в пещеру на съеденье.
Принцесса
Кто стихотворное письмо составить мог?
Кто может автор быть? Он — флюгер, петушок?
Кто может автор быть? Он — флюгер, петушок?
Бойе
О, без сомнения, мне этот слог знаком.
Принцесса
Ведь подпись только что прочли вы под письмом.
Бойе
Конечно, то испанец, то доблестный Армадо.
Второй Монарко он, для короля отрада.
Второй Монарко он, для короля отрада.
(Башке)
Принцесса
Ну, слово за тобой.
Кто дал тебе письмо?
Кто дал тебе письмо?
Башка
Сказал, хозяин мой.
Принцесса
Кому же передать?
Башка
От господина — даме.
Принцесса
Кто — господин, кто — дама?
Башка
Да господин Бирон мне порученье дал,
Чтоб Розалине здесь письмо я передал.
Чтоб Розалине здесь письмо я передал.
Принцесса
Ты перепутал письма. Ну, господа, вперед! —
(Розалине)
Принцесса
Ты, душка, не горюй: письмо еще придет.
Уходит Принцесса со свитой.
Бойе
Чей выстрел? Ах, чей выстрел?
Розалина
Хотите знать, мой друг?
Бойе
Да, дивное созданье.
Розалина
Той, что имеет лук.
Ну что, попались?
Ну что, попались?
Бойе
Охота на рогатых! Но выйдешь невзначай
Ты замуж — и настанет рогов тут урожай.
Ага, попались?
Ты замуж — и настанет рогов тут урожай.
Ага, попались?
Розалина
Ну хорошо, мой выстрел.
Бойе
А кто же ваша дичь?
Розалина
Ну, хочешь, так рогами добычу увеличь!
Ага, попались?
Ага, попались?
Мария
Связались с ней напрасно: она ведь вас забила.
Бойе
Пониже ей попало. Что, метко угодил я?
Розалина
Относительно твоей меткости я могу сказать старый стишок, который был уже старым, когда французский король Пипин был еще мальчиком.
Бойе
А я отвечу тебе тоже старой песенкой, которая была уже старой, когда английская королева Гиновер была еще девочкой.
Розалина
Не можешь попасть, попасть, попасть;
Не можешь попасть, мои дорогой.
Не можешь попасть, мои дорогой.
Бойе
Пусть не я, не я, не я,
Пусть не я — попадет другой.
Пусть не я — попадет другой.
Уходят Розалина и Катерина.
Башка
Ну, клянуся, забава: как оба метки!
Мария
Да, прицел удивительный, чудо-стрелки!
Бойе
Что «прицел» да «прицел»? Ведь прицел — это я.
Как по мерке пришлась ей стрелка моя.
Как по мерке пришлась ей стрелка моя.
Мария
Широко размахнулись, рукой не достать!
Башка
Вот поближе бы стали, так легче стрелять.
Бойе
Если мне не с руки, у нее есть рука.
Башка
А стрелу без руки не наставить никак.
Мария
Что за сальности! Фу, какой гадкий язык!
Башка
Пусть на мяч пригласит, кто к стрельбе не привык.
Бойе
Ну, сыч, до свиданья.
(Марии)
Бойе
Я — ваш проводник.
Уходят Бойе и Мария.
Башка
Вот-то неуч, как будто совсем из простых!
Но попало ж ему от нас от троих!
Что за милые шутки! Совсем в кабаке:
Все так гладко, похабно, пристойно вполне!
А возьмем хоть Армадо — вот так кавалер:
Как пред дамами ходит, как веер несет,
Как ручки целует и клятвы дает!
Возьмемте пажа — силы нет, как хорош:
О господи, что за прелестная вошь!
Но попало ж ему от нас от троих!
Что за милые шутки! Совсем в кабаке:
Все так гладко, похабно, пристойно вполне!
А возьмем хоть Армадо — вот так кавалер:
Как пред дамами ходит, как веер несет,
Как ручки целует и клятвы дает!
Возьмемте пажа — силы нет, как хорош:
О господи, что за прелестная вошь!
За сценой шум охоты.
Башка
Го-ла! Го-ла!
Убегает.
СЦЕНА 2
Там же.
Входят Олоферн, отец Нафанаил и Тупица.
Входят Олоферн, отец Нафанаил и Тупица.
Нафанаил
Поистине, это — забава, достойная всякого уважения. Могу засвидетельствовать это по чистой совести.
Олоферн
Олень был, как известно, sanguis — чистой крови, спел
как налив, который, подобно драгоценности, что висит на ухе coelo — неба, —
тверди, небосвода, — и вот уже упад, как дикое яблоко, на лицо terra —
земли, почвы, материи.
Нафанаил
Конечно, господин Олоферн, эпитеты вами подобраны с приятностью, словно
вы по крайней мере начетчик, но смею вас уверить, сударь, что прежде всего
это был пятигодовалый козел.
Олоферн
Отец Нафанаил, haud credo.
Тупица
Это было не haud credo, а козленок.
Что за невежественное утверждение! Это, можно сказать, инсинуация,
когда она встречается in via — на пути к экспликации и хочет facere реплику, или, вернее, ostentare — обнаружить — ваше
намерение посредством подобного неумелого, неблаговоспитанного, ненаучного,
неотесанного, неловкого, вернее, необразованного, или, вернее всего, ни с
чем не сообразного, приема противопоставлять мое haud credo оленю!
Тупица
Я говорю, что дичь была не haud credo, а козленок.
ООН
Олоферн
Дважды прокипяченная глупость — bis coctus. Невежества образец, как
нелеп твой дикий лик!
Нафанаил
Но он сладости ведь не знает, что вкушаем от книг. Он, как говорится,
не ел бумаги, не пил чернил; ум его не развит, он вроде животного, у
которого чувствительностью обладают только самые грубые стороны. При виде
подобных растений быть благодарны мы должны, Имея вкус, и такт, и ум, что
плоды воспитанья нам щедро даны. Ведь быть хвастливым, как глупцу, мне не к
лицу никак, И страшно зреть, что над книгой корпит тупой дурак. Но omne bene, скажу, — повторить бы пословицу мог: «Многим по сердцу буря, а страшен ветерок».
Тупица
Спросить позвольте, кто мог сказать; «Как родился Каин на свет, Четыре
было недели мне, а пяти и поныне нет?»
Олоферн
Диктинна, почтеннейший Тупица. Диктинна, почтеннейший
Тупица.
Тупица
Что за Диктинна такая?
Нафанаил
Это титул Фебеи, lunae, луны.
Олоферн
Луне было месяц, а Адаму подстать,
Пять раз двадцать лет жил — пять недель ей не взять.
Соотношение не меняется от названий.
Пять раз двадцать лет жил — пять недель ей не взять.
Соотношение не меняется от названий.
Тупица
Совершенно верно, сношения не меняются от названий.
Олоферн
Вразуми тебя создатель! Я говорю: соотношения не меняются от названий.
Тупица
Да я и говорю, что произношение не меняется от названий. Луне больше
месяца от роду не бывает. А кроме того я говорю, что олень, которого
застрелила принцесса, был козлом.
Олоферн
Сэр Нафанаил, угодно вам выслушать импровизированную эпитафию на смерть
этого оленя? Для большей доступности я назвал оленя, застреленного
принцессой, козлом.
Нафанаил
Perge, достойнейший Олоферн, perge. Но
если можно, воздержитесь от неблагопристойностей.
Олоферн
Тут есть некоторая игра созвучий. Она придает легкость.
«Принцесса, прелести полна, лося пронзила прямо.
Кто-то нашел, что то — козел; козла чего же стукать?
Собаки в лай; козел козлом в кусты прыгнул упрямо.
О козлик, зло не повезло! Псари тут улюлюкать...
Козлу, коль зло несло на зло, от раны зло настало.
Хоть сотню дай козлов на зло, все будет слишком мало».
«Принцесса, прелести полна, лося пронзила прямо.
Кто-то нашел, что то — козел; козла чего же стукать?
Собаки в лай; козел козлом в кусты прыгнул упрямо.
О козлик, зло не повезло! Псари тут улюлюкать...
Козлу, коль зло несло на зло, от раны зло настало.
Хоть сотню дай козлов на зло, все будет слишком мало».
ОНАТ
Нафанаил
Редкая способность!
(в сторону)
Тупица
Если у него есть способность драть уши, то он доказал ее.
Олоферн
Талант, которым я обладаю, объясняется очень, очень просто. Это —
прирожденное, причудливое настроение, полное форм, фигур, понятий,
предметов, идей, определений, поступательных движений и обратных.
Зарождается это в памяти, возрастает в недрах pia mater и выходит на свет божий при благоприятной случайности. Но
способность хороша в той области, где она достигает остроты. На свою я не
жалуюсь.
Нафанаил
Сударь, я благодарю создателя, что он нам послал вас. А также и все мои
прихожане. Их сыновья пользуются у вас прекрасным надзором, и их дочерям вы
приносите громадную пользу. Вы — добрый член нашей общины.
Олоферн
Mehercle! Их сыновья сметливы, потому
что они получают образование. Их дочерям я всегда готов помочь в развитии.
Но vir sapit, qui pauca loquitur. Какой-то
женский пол приветствует нас.
Входят Жакнета и Башка.
Жакнета
Добрый день, батюшка.
Олоферн
«Батюшка»... Ба-тюшка! Но если «ба» — восклицание, то что такое «тюшка»?
Башка
Ну как же, господин школьный учитель! Это вроде «ряпушка».
Олоферн
«Ря-пушка»! Какой проблеск остроумия в этом комке праха! Достаточно
огня для кремня и достаточно бисера для свиньи. Очень мило! Отлично!
Жакнета
Батюшка, будьте так добры, прочтите мне это письмо. Мне передал его
Башка, а прислал дон Армадо. Прошу вас, прочтите пожалуйста.
Олоферн
Fauste, precor gelida, quando pecus omne sub umbra ruminat... и так
далее.
О! добрый старый Мантуанец! Я всегда говорю о тебе, как путешественники
говорят о Венеции:
«Venetia, Venetia,
Chi non ti vede non ti pretia».
Старый Мантуанец, старый Мантуанец! Кто не ценит тебя, кто не любит тебя? До, ре, соль, ля, ми, фа. — Прошу прощенья, сударь, каково содержание? Или, вернее, как говорится у Горация в его... каких бишь стихах?
«Venetia, Venetia,
Chi non ti vede non ti pretia».
Старый Мантуанец, старый Мантуанец! Кто не ценит тебя, кто не любит тебя? До, ре, соль, ля, ми, фа. — Прошу прощенья, сударь, каково содержание? Или, вернее, как говорится у Горация в его... каких бишь стихах?
Нафанаил
Да и довольно искусных.
Олоферн
Прочтите мне какую-нибудь строфу, одну, один стих. Lege, domine.
(читает)
Нафанаил
«Любви презрев обет, как клясться мне в любви?
Возможно верным быть, пленясь лишь красотою!
И, клятву преступив, я верным был, пойми.
Хоть стоек я как дуб, склонюсь к тебе лозою.
Ученье власть твоим передает глазам,
Куда заключены все радости ученья.
Тот знает, кто узнал твои красоты сам,
Умеет — кто сумел воздать тебе хваленье.
Невежда — кто посмел взирать без обожанья.
Коль ценность есть во мне, так та, что я ценю
И взглядов молнии и голоса сверканье,
Что мне звучит, как музыка в раю.
Прости, любовь, что райскому творенью
На языке земном слагаю прославленье».
Возможно верным быть, пленясь лишь красотою!
И, клятву преступив, я верным был, пойми.
Хоть стоек я как дуб, склонюсь к тебе лозою.
Ученье власть твоим передает глазам,
Куда заключены все радости ученья.
Тот знает, кто узнал твои красоты сам,
Умеет — кто сумел воздать тебе хваленье.
Невежда — кто посмел взирать без обожанья.
Коль ценность есть во мне, так та, что я ценю
И взглядов молнии и голоса сверканье,
Что мне звучит, как музыка в раю.
Прости, любовь, что райскому творенью
На языке земном слагаю прославленье».
Олоферн
Вы не соблюдаете ударений, так что пропадает размер. Позвольте
взглянуть на канцонету... Здесь соблюдено только количество стоп, но
изящество, легкость и золотые кадансы поэзии — caret. Мастером в этом
отношении был Овидий Назон. А почему он был прозван Назоном? Не за то ли,
что он имел прекрасный нюх к благовонным цветам воображения, к вспышкам
изобретательности. Imitari — ничего не стоит: и собака подражает своему
хозяину, обезьяна — вожаку, обученная лошадь — всаднику. Значит, девственная
damosella, это послание обращено к вам?
Жакнета
Так точно, от Бирона, одного из придворных иностранной принцессы.
Олоферн
Я хочу взглянуть на адрес. «В белоснежные руки госпожи Розалины».
Взгляну еще в самое письмо, чтоб увидеть подпись отправителя. — «Вашей
милости всепокорный слуга Бирон». — Отец Нафанаил, этот Бирон — один из
сотоварищей короля по обету. А та, которой составил он это письмо, —
фрейлина приезжей принцессы, так что послание это благодаря случайности или
путем блуждания попало не по назначению. — Ты, душечка, снимайся с якоря и
беги! Вручи это письмо в руки короля. Это имеет большое значение. Не
задерживайся прощанием. Я освобождаю тебя от этой церемонии. Прощай!
Жакнета
Пойдем со мной, добрый Башка. — Да хранит вас господь!
Башка
К твоим услугам, девчурка.
Уходят Башка и Жакнета.
Нафанаил
Сударь, вы поступили как богобоязненный человек. И как сказано у одного
из отцов церкви...
Олоферн
Сударь, не говорите мне об отцах церкви. У меня страх перед всякой,
похожей на правду, похвалой. Но вернемся к стихам. Понравились они вам,
отец Нафанаил?
Нафанаил
Удивительное перо!
Олоферн
Сегодня я обедаю у отца одного из моих воспитанников. Если бы вы
соблаговолили удостоить их трапезу своим благословением, — родители
вышеупомянутого дитяти, или воспитанника, так ко мне относятся, что я вам
могу гарантировать радушный прием, — там бы я мог вам доказать, что стихи
эти совершенно безграмотны, лишены всякой поэзии, остроумия и
изобретательности. Очень прошу вас разделить с нами компанию.
Нафанаил
Премного благодарен. Относительно же компании в писании говорится, что
она скрашивает жизнь.
Олоферн
И в данном случае текст писания безошибочно оправдывается.
(Тупице)
Олоферн
Вас, почтеннейший, я также приглашаю. Никаких отговорок, — pauca verba. Идемте! Господа заняты забавой, а мы по-своему
развлекаемся.
Уходят.
СЦЕНА 3
Там же.
Входит Бирон с бумагой в руке.
Входит Бирон с бумагой в руке.
Бирон
Король преследует оленя, а я гонюсь за самим собою. Он силки мажет
смолою — я сам попал в смолу. Смола — грязная. Грязь — мерзкое слово! Ну,
садись сюда, печаль! Так, по их словам, говорил шут, так скажу и я; я — тоже
шут. Правильное рассуждение! Богом клянусь, любовь безумна, как Аякс. Она
убила баранов, она убивает меня: значит, я — баран! Опять правильное
рассуждение! Я не хочу быть влюбленным! Повесьте меня, если я влюблен! Я
совершенно не хочу этого! Но глаз ее! Ах, не будь этого глаза, я не влюбился
бы. Глаза! Два глаза! Ну что же, я только и делаю, что лгу. Лгу самому
себе. Небом клянусь, я влюблен. Любовь извлекает из меня стихи и меланхолию.
Вот частичный плод моих стихов и моей меланхолии. Конечно, у нее уже есть
один из моих сонетов. Шут послал его, дурак отнес, госпожа приняла. О, милый
дурак, милей еще шут, всех милей — госпожа! Разумеется, я бы не беспокоился,
если бы и остальные трое оказались в таком же положении. Вот идет один из
них; в руках у него бумага. Господь, пошли ему дар вздохов!
(Отходит в сторону.)
Входит Король с бумагой в руке.
Король
Ax!
(в сторону)
Бирон
Клянусь, он ранен! Продолжай, милый Купидон! Ты поразил его стрелой под левую грудь. Ей-богу, какая-то тайна.
(читает)
Король
Не так златой лобзает солнца луч
В час утра влажной розы лепесток,
Как гонит взор очей твоих, могуч,
Следы росы ночной с поблекших щек.
И свет серебряной луны не так
В прозрачном лоне отразился вод,
Как твой любимый, лучезарный зрак
В моих слезах бесчисленных живет.
Ведь каждую слезинку ты б могла
За колесницу славы почитать,
Когда бы слезы за почет сочла,
Гордяся тем, что принужден страдать.
Но не люби сама — и слезы сами
Тебе тогда бы стали зеркалами.
Цариц царица, как твой блеск велик —
Не в силах ум понять, — молчит язык».
Но как послать ей весть? Вам передам,
О, листья милые!.. — Кто там идет?
В час утра влажной розы лепесток,
Как гонит взор очей твоих, могуч,
Следы росы ночной с поблекших щек.
И свет серебряной луны не так
В прозрачном лоне отразился вод,
Как твой любимый, лучезарный зрак
В моих слезах бесчисленных живет.
Ведь каждую слезинку ты б могла
За колесницу славы почитать,
Когда бы слезы за почет сочла,
Гордяся тем, что принужден страдать.
Но не люби сама — и слезы сами
Тебе тогда бы стали зеркалами.
Цариц царица, как твой блеск велик —
Не в силах ум понять, — молчит язык».
Но как послать ей весть? Вам передам,
О, листья милые!.. — Кто там идет?
(Отходит в сторону.)
Король
Как? То Лонгвиль? Читает? Ну, вниманье!
Входит Лонгвиль с бумагой в руке.
Бирон
Явись и ты, безумное созданье!
Лонгвиль
Я клятву преступил!
Бирон
Он идет как клятвопреступник с письменным признанием своей вины.
Король
Влюблен! Приятно, что со мной он схож.
Бирон
Для пьяниц пьяница всегда хорош!
Лонгвиль
И я ту клятву первым преступил?
Бирон
Ну, в этом успокойся: уж двух я залучил.
Но в этой славной тройке ты будешь самым бешеным,
Вроде столба дурацкого, куда мы все повешены.
Но в этой славной тройке ты будешь самым бешеным,
Вроде столба дурацкого, куда мы все повешены.
Лонгвиль
Боюсь, любви стихами не добиться.
Мария милая! Любви царица!
Порву стихи: не всем они даны.
Мария милая! Любви царица!
Порву стихи: не всем они даны.
Бирон
Стихи — галун Амуру на штаны;
Не рви его наряд.
Не рви его наряд.
Лонгвиль
Куда ни шло!
(Читает)
Лонгвиль
«Риторика ль твоих очей небесных,
Что против доводов всегда сильна,
Внушила нарушенье клятв известных?
Но казнь за это мне не суждена.
Обет касался женщин, ты ж — богиня,
И, значит, клятвы я не нарушал.
Обет мой был земным, а ты — святыня, —
Твоею благостью мой грех пропал.
Обет — дыханье, а дыханье — пар.
Когда ты солнцем надо мной восстала,
Впитала ты пары, как некий дар, —
Моя вина твоей виною стала.
Пускай моя! Глупец — кто, не желая
Обет забыть, откажется от рая».
Что против доводов всегда сильна,
Внушила нарушенье клятв известных?
Но казнь за это мне не суждена.
Обет касался женщин, ты ж — богиня,
И, значит, клятвы я не нарушал.
Обет мой был земным, а ты — святыня, —
Твоею благостью мой грех пропал.
Обет — дыханье, а дыханье — пар.
Когда ты солнцем надо мной восстала,
Впитала ты пары, как некий дар, —
Моя вина твоей виною стала.
Пускай моя! Глупец — кто, не желая
Обет забыть, откажется от рая».
Бирон
Он божество находит в говядины куске,
В индюшке зрит богиню — язычество вполне!
Спаси, господь, помилуй! Как сбились все с пути!
В индюшке зрит богиню — язычество вполне!
Спаси, господь, помилуй! Как сбились все с пути!
Лонгвиль
Но с кем пошлю?.. Идут! Хоть отойти!
(Отходит в сторону.)
Бирон
Здесь ребятишки прятки завели.
Как некий полубог, я здесь сижу,
На горе тайное глупцов гляжу.
Еще мешок на мельницу. Я рад!
Как некий полубог, я здесь сижу,
На горе тайное глупцов гляжу.
Еще мешок на мельницу. Я рад!
Входит Дюмен с бумагой в руке.
Бирон
Дюмен! Четыре кулика подряд.
Дюмен
Божественная Катя!
Бирон
А ты пошлейший фат!
Дюмен
Клянуся небом, нет милей ее!
Бирон
Клянусь землею, это все вранье!
Дюмен
О, амбра кос ее! Златистей нет.
Бирон
Известен ворона златистый цвет.
Дюмен
Стройна, как кедр!
Бирон
Ну, он наводит тень:
Брюхаты плечи.
Брюхаты плечи.
Дюмен
И светла, как день.
Бирон
Смотря какой! Как самый хмурый — да!
Дюмен
Мечта, исполнись!
Лонгвиль
Также и моя!
Король
О боже, и моя!
(в сторону)
Бирон
Аминь, — да и моя! Молитва хоть куда.
Дюмен
Хочу забыть, но, как болезнь в крови,
Она царит, твердя все о любви.
Она царит, твердя все о любви.
Бирон
Болезнь в крови? На то простой ответ:
Пустите кровь — греха большого нет!
Пустите кровь — греха большого нет!
Дюмен
Сейчас прочту написанное мною.
Бирон
Сейчас услышим шутовство другое.
(читает)
Дюмен
«Как-то раз, — увы, увы,
Для любви все дни равны! —
Чудный встретил я цветок;
С ним резвился ветерок,
В бархат нежных лепестков
Он проникнуть был готов.
А влюбленный, весь в огне,
Позавидовал игре.
— Ты касался, молвит, щек!
Если б я коснуться мог!
Но робка моя рука,
Клятвой связана она,
Юным клятва — тяжкий груз.
Розы рвать — у юных вкус,
И греха в том, право, нет,
Что нарушил я обет.
Встреть Юпитер — и жену
Счел цыганкой бы свою,
Сан верховный бы сложил
И любви земной служил».
Пошлю стихи, прибавлю к ним посланье,
Где изъясню души моей страданья.
О, если бы король, Лонгвиль, Бирон
Влюбились тоже! Уж таков закон:
Грех одного смывает грех другого, —
Заразы нет, коль все мы нездоровы.
Для любви все дни равны! —
Чудный встретил я цветок;
С ним резвился ветерок,
В бархат нежных лепестков
Он проникнуть был готов.
А влюбленный, весь в огне,
Позавидовал игре.
— Ты касался, молвит, щек!
Если б я коснуться мог!
Но робка моя рука,
Клятвой связана она,
Юным клятва — тяжкий груз.
Розы рвать — у юных вкус,
И греха в том, право, нет,
Что нарушил я обет.
Встреть Юпитер — и жену
Счел цыганкой бы свою,
Сан верховный бы сложил
И любви земной служил».
Пошлю стихи, прибавлю к ним посланье,
Где изъясню души моей страданья.
О, если бы король, Лонгвиль, Бирон
Влюбились тоже! Уж таков закон:
Грех одного смывает грех другого, —
Заразы нет, коль все мы нездоровы.
(подходит)
Лонгвиль
Дюмен, ты жалости совсем не знаешь,
Когда товарищей в любви желаешь.
Бледней, бледней! А я бы красным стал,
Когда б попался так, как ты попал.
Когда товарищей в любви желаешь.
Бледней, бледней! А я бы красным стал,
Когда б попался так, как ты попал.
(подходит)
Король
Красней! Ты сам в таком же положенье.
Браня его, лишь множишь преступленья.
Марию ты не любишь? В ее честь
Сонетов не случалось вам прочесть?
И скрещенных не прижимали рук
К груди, чтоб успокоить сердца стук?
Все время я в кустах здесь просидел, —
Обоих слышал и за вас краснел.
Стихи я слышал, ваши излиянья,
И вздохи, и влюбленные кривлянья.
«Увы», — стонал один; другой: «0 боже!»,
«Как злато — кудри», «Очи с перлом схожи!»
Браня его, лишь множишь преступленья.
Марию ты не любишь? В ее честь
Сонетов не случалось вам прочесть?
И скрещенных не прижимали рук
К груди, чтоб успокоить сердца стук?
Все время я в кустах здесь просидел, —
Обоих слышал и за вас краснел.
Стихи я слышал, ваши излиянья,
И вздохи, и влюбленные кривлянья.
«Увы», — стонал один; другой: «0 боже!»,
«Как злато — кудри», «Очи с перлом схожи!»
(Лонгвилю)
Король
Для рая клятву ты готов стереть.
(Дюмену)
Король
Юпитер изменил бы — вашу встреть!
Что наш Бирон сказал бы, знай он это!
Как ветрено вы отреклись обета!
Вот издевался бы, вот волю б дал
Он языку! Скакал бы, хохотал!
Признаться, пожелать бы я не мог
Попасть, как вы, Бирону на зубок.
Что наш Бирон сказал бы, знай он это!
Как ветрено вы отреклись обета!
Вот издевался бы, вот волю б дал
Он языку! Скакал бы, хохотал!
Признаться, пожелать бы я не мог
Попасть, как вы, Бирону на зубок.
(подходит)
Бирон
Ну, ханжество пора разоблачить!
Мой государь, прошу меня простить:
Вы бедняков корите за любовь —
Меж тем и к вам она проникла в кровь,
Не делали вы колесниц из глаз?
В слезе блестит принцесса, как алмаз!
Забыть обет в угоду низким целям,
Писать стихи — прилично менестрелям.
И вам не совестно? Теперь не скрою:
В одном грехе попалися все трое.
Тот у того нашел в глазу сучок, —
Я ж не заметить тут бревна не мог.
Да, насмотрелся я безумных сцен,
Стенаний, вздохов, пеней, слез, измен, —
Не мало нужно было тут терпенья,
Чтоб наблюдать все эти превращенья.
Король стал мухой. Геркулес — с волчком,
И Соломону жига нипочем,
Играет Нестор с мальчиком в лошадки,
Отстать не может Тимон от присядки.
Дюмен, скажите, что у вас болит?
Лонгвиль, мой милый, где у вас свербит?
Где ваша боль, король: в груди? В желудке?
Эй, рвотного!
Мой государь, прошу меня простить:
Вы бедняков корите за любовь —
Меж тем и к вам она проникла в кровь,
Не делали вы колесниц из глаз?
В слезе блестит принцесса, как алмаз!
Забыть обет в угоду низким целям,
Писать стихи — прилично менестрелям.
И вам не совестно? Теперь не скрою:
В одном грехе попалися все трое.
Тот у того нашел в глазу сучок, —
Я ж не заметить тут бревна не мог.
Да, насмотрелся я безумных сцен,
Стенаний, вздохов, пеней, слез, измен, —
Не мало нужно было тут терпенья,
Чтоб наблюдать все эти превращенья.
Король стал мухой. Геркулес — с волчком,
И Соломону жига нипочем,
Играет Нестор с мальчиком в лошадки,
Отстать не может Тимон от присядки.
Дюмен, скажите, что у вас болит?
Лонгвиль, мой милый, где у вас свербит?
Где ваша боль, король: в груди? В желудке?
Эй, рвотного!
КФЛД
Король
Зашли далеко шутки!
Так скоро, друг, ты всем нам изменил!
Так скоро, друг, ты всем нам изменил!
Бирон
Скорее вы мне. Я вам верен был.
Я — честный человек, считал за грех,
Чтобы обеты обращались в смех.
И соглашаться было бы мне странно
С людьми, как вы, что так непостоянны.
Видали ль вы, чтоб я стихи писал,
Вздыхал по Жанне, хоть минуту дал
На щегольство? Слыхали ль вы когда,
Чтоб восхвалялись мной рука, нога,
Походка, стан, бедро, лицо, ресница,
Коса, ступня...
Я — честный человек, считал за грех,
Чтобы обеты обращались в смех.
И соглашаться было бы мне странно
С людьми, как вы, что так непостоянны.
Видали ль вы, чтоб я стихи писал,
Вздыхал по Жанне, хоть минуту дал
На щегольство? Слыхали ль вы когда,
Чтоб восхвалялись мной рука, нога,
Походка, стан, бедро, лицо, ресница,
Коса, ступня...
(Хочет бежать.)
Король
Зачем так торопиться?
Ты — честный, а не вор. Погони нет.
Ты — честный, а не вор. Погони нет.
Бирон
Бегу любви. Влюбленные, привет!
Входят Жакнета и Башка.
Жакнета
Спаси вас бог!
Король
Что скажешь? Ну, скорей!
Башка
Измена есть.
Король
А что здесь делать ей?
Башка
Да ничего.
Король
Коль так, так нечего и вам
С изменой заодно являться было к нам.
С изменой заодно являться было к нам.
Жакнета
Я прошу, государь, прочитайте письмо.
Священник сказал мне — об измене оно.
Священник сказал мне — об измене оно.
Король
Бирон, прочти.
(Дает ему письмо.)
Король
Кто дал его?
А кто тебе дал?
А кто тебе дал?
Башка
Дун Адрамадьо, дун Адрамадьо.
Бирон разрывает письмо.
Бирон разрывает письмо.
Король
Зачем ты рвешь письмо? Прочел лишь ты один.
Бирон
Все глупости, все глупости! Бояться нет причин.
Лонгвиль
Однако он взволнован. Хотелось бы прочесть!
(Подбирает клочки письма.)
Дюмен
Да то Бирона почерк! А вот и подпись есть!
(Башке)
Бирон
ДюменДа то Бирона почерк! А вот и подпись есть!
Ax ты, тупой ублюдок! Родился мне на срам!
Виновен я, виновен и объясненье дам!
Виновен я, виновен и объясненье дам!
Король
В чем?
Бирон
Четвертого безумца недоставало вам;
Они, мой государь, и вы, и я —
В любви карманники, преступная семья.
Ушлите посторонних, — я все вам расскажу.
Они, мой государь, и вы, и я —
В любви карманники, преступная семья.
Ушлите посторонних, — я все вам расскажу.
Теперь выходит чет нас.
Бирон
Четвертым я сижу.
Что ж, голубки, стоите?
Что ж, голубки, стоите?
Король
Идите, господа!
Башка
Вот верность с мест прогнали, измену — на места!
Уходят Башка и Жакнета.
Бирон
Друзья в любви, позвольте вас обнять.
Вы верны так, как верны плоть и кровь.
Кто может солнцу запретить сиять?
Для юности старик — закон суров.
Ему на зло родились мы на свет, —
Зато ему в нас верности и нет.
Вы верны так, как верны плоть и кровь.
Кто может солнцу запретить сиять?
Для юности старик — закон суров.
Ему на зло родились мы на свет, —
Зато ему в нас верности и нет.
Король
Как, тот листок являл любви картину?
Бирон
«Являл»! Но кто ж, увидя Розалину,
Как дикий житель Индии далекой
При виде возникающей зари,
Не склонится челом? Чей дух высокий
Не рад лобзать прах матери-земли?
Чей дерзостный, орлино-зоркий глаз
На блеск ее красы взирать бы мог,
Не пораженный слепотой тотчас?
Как дикий житель Индии далекой
При виде возникающей зари,
Не склонится челом? Чей дух высокий
Не рад лобзать прах матери-земли?
Чей дерзостный, орлино-зоркий глаз
На блеск ее красы взирать бы мог,
Не пораженный слепотой тотчас?
Король
Откуда красноречия поток?
Но ведь она, как милая луна,
Блестит в лучах светлейшего светила.
Но ведь она, как милая луна,
Блестит в лучах светлейшего светила.
Бирон
Что ж, мне способность видеть не дана?
Не будь ее — и ночь бы наступила.
Со всех оттенков собран лучший цвет,
Чтобы украсить блеск прелестных щек.
Все светлости в один слилися свет;
Порока нет, чтоб стал уж не порок.
О, был бы у меня язык цветистый!
Но прочь риторика! К чему она?
Торгаш товар свой хвалит неказистый, —
А перед ней вся похвала бледна.
Отшельник дряхлый глянет в очи ей —
Лет пятьдесят из ста как не бывало;
Она вернуть вам может юность дней, —
Костыль забыт, и детство вновь настало.
Она, как солнце, свет даст всему.
Не будь ее — и ночь бы наступила.
Со всех оттенков собран лучший цвет,
Чтобы украсить блеск прелестных щек.
Все светлости в один слилися свет;
Порока нет, чтоб стал уж не порок.
О, был бы у меня язык цветистый!
Но прочь риторика! К чему она?
Торгаш товар свой хвалит неказистый, —
А перед ней вся похвала бледна.
Отшельник дряхлый глянет в очи ей —
Лет пятьдесят из ста как не бывало;
Она вернуть вам может юность дней, —
Костыль забыт, и детство вновь настало.
Она, как солнце, свет даст всему.
Король
Но ведь она, клянусь, смолы чернее.
Бирон
Смолы черней? Охотно я возьму
Смолу такую в жены. Ну, скорее!
Где Библия? Сейчас присягу дам,
Что то считать лишь можно красотою,
Что по ее училося глазам,
И свет лишь там, где сходен с чернотою.
Смолу такую в жены. Ну, скорее!
Где Библия? Сейчас присягу дам,
Что то считать лишь можно красотою,
Что по ее училося глазам,
И свет лишь там, где сходен с чернотою.
Король
Парадоксально! Черный цвет есть цвет
Темницы, преисподней, ночи темной;
А красоте приличествует свет.
Темницы, преисподней, ночи темной;
А красоте приличествует свет.
Бирон
Но дьяволы рядятся в свет заемный.
А если у нее и темен лик,
То с горя — за румяны и накладки,
Которыми пленяться франт привык.
Родилась — и все черное нам сладко.
Она изменит ветреную моду:
Забудут о румянах, розу щек
Закрасят черным, красоте в угоду,
Чтоб только с нею он сравняться мог.
А если у нее и темен лик,
То с горя — за румяны и накладки,
Которыми пленяться франт привык.
Родилась — и все черное нам сладко.
Она изменит ветреную моду:
Забудут о румянах, розу щек
Закрасят черным, красоте в угоду,
Чтоб только с нею он сравняться мог.
Дюмен
На трубочистов станут все похожи.
Лонгвиль
И угольщик повысится в цене.
Король
Захвастаются негры черной кожей.
Дюмен
Свечей не станет: свет — и в темноте.
Бирон
Под дождь вы ваших милых дам пошлите, —
Небось, не выйдут, чтоб не полинять.
Небось, не выйдут, чтоб не полинять.
Король
А вашей под дождем, — уж вы простите, —
Чтоб вымыться, недурно б погулять.
Чтоб вымыться, недурно б погулять.
Бирон
Не отрекусь на страшном я суде!
Король
Привыкли к ней, так чорт не испугает.
Дюмен
Барышник позавидует божбе!
(указывая на свой сапог)
Лонгвиль
Она иль мой сапог — кто отгадает?
Бирон
Из глаз твоих смости хоть мостовую, —
Едва ль пойдет по этой мостовой.
Едва ль пойдет по этой мостовой.
Дюмен
Картину представляете такую:
Для всех окажется вниз головой?
Для всех окажется вниз головой?
Король
Что толковать, раз все мы влюблены!
Бирон
И значит, все нарушили закон.
Король
К чему же споры? Докажи, Бирон,
Что собственно мы вовсе не грешны.
Что собственно мы вовсе не грешны.
Дюмен
Да, для греха придумай отговорку.
Лонгвиль
Сошлись на исторический пример,
Словцо придумай, шутку, поговорку.
Словцо придумай, шутку, поговорку.
Дюмен
Причины приведи!
Бирон
Их — свыше мер!
Почтенные соратники в любви,
В чем состояла сущность нашей клятвы?
Ученье, пост и недоступность женщин.
Здесь — явная измена государству!
Желудки ваши слишком молоды,
И воздержание родит болезни.
Ученье ж, коему мы предавались,
Отводит нас от истинного знанья.
Нельзя весь век мечтать и созерцать.
Могли ли вы, мой государь, иль вы
Найти основу доблестного знанья
Ломимо совершенства женских лиц?
Взята из женских глаз доктрина эта.
Они — то основанье, вещество,
Откуда Прометей извлек огонь свой.
Увы! Закупоренный в тесных венах,
Подвижный дух невольно ослабеет,
Как сухожилия у пешехода
Слабеют от чрезмерного пути.
Отрекшись же от лицезренья женщин,
Мы этим самым отреклись от зренья
И от познанья, в чем давали клятву.
На свете существует ли писатель,
Что женских глаз красу нам объяснил?
Наука — добавленье к нам самим,
И где мы сами, там и наше знанье;
Когда себя мы видим в женском взоре,
Не видим ли мы там науки нашей?
Мы поклялись учиться, господа,
И, значит, отреклись от всяких книг.
Вы, государь, и ты, и ты — могли ли
Вы в мертвом созерцанье обрести
Ту пламенность, что нас обогащает,
Когда мы созерцаем красоту?
Науки прочие в мозгу коснеют;
Их труженики, медленны в работе,
Скупую жатву вяло собирают.
Любовь же, что берем из глаз любимых,
Живет не замурованной, не косной,
Но, общая движению стихий,
Как мысль распространяется по телу,
Способности все наши удвояет
Превыше всех возможностей и свойств.
Любовь глазам дает острее зренье
И взору блеск, что слепнут и орлы;
Любовью слух улавливает шорох,
Что не уловит самый чуткий вор;
Все чувства в нас любовь так утончает,
Что делает рогов улитки тоньше;
Любовь во вкусе превосходит Вакха;
По храбрости она — как Геркулес:
Пойдет за гесперидскими плодами;
Она мудрее Сфинкса; мягче, слаще,
Чем сладостная лютня Аполлона.
Заговорит любовь — и боги хором
Баюкают созвучно небеса.
И ни один поэт писать не смел,
Не разведя чернил любовным вздохом;
Зато пленяет стих суровый слух,
Смиряя гордые сердца тиранов.
Из женских глаз — все знание мое:
Из них искрится пламя Прометея;
В них — книги все, наука и искусство,
Что видят, держат и питают мир.
И нет пути другого к совершенству.
Отрекшись женщин, были мы безумны, —
Безумны мы, обет тот сохраняя.
Во имя мудрости, что всем любезна,
Во имя той любви, что всем мила,
Во имя всех мужчин, творящих женщин,
Во имя женщин, что мужчин творят, —
Забудем клятву и найдем себя!
Храня обет, себя мы потеряем;
Благочестива будет здесь измена:
Ведь нет без милосердья доброй веры;
А без любви возможно ль милосердье?
Почтенные соратники в любви,
В чем состояла сущность нашей клятвы?
Ученье, пост и недоступность женщин.
Здесь — явная измена государству!
Желудки ваши слишком молоды,
И воздержание родит болезни.
Ученье ж, коему мы предавались,
Отводит нас от истинного знанья.
Нельзя весь век мечтать и созерцать.
Могли ли вы, мой государь, иль вы
Найти основу доблестного знанья
Ломимо совершенства женских лиц?
Взята из женских глаз доктрина эта.
Они — то основанье, вещество,
Откуда Прометей извлек огонь свой.
Увы! Закупоренный в тесных венах,
Подвижный дух невольно ослабеет,
Как сухожилия у пешехода
Слабеют от чрезмерного пути.
Отрекшись же от лицезренья женщин,
Мы этим самым отреклись от зренья
И от познанья, в чем давали клятву.
На свете существует ли писатель,
Что женских глаз красу нам объяснил?
Наука — добавленье к нам самим,
И где мы сами, там и наше знанье;
Когда себя мы видим в женском взоре,
Не видим ли мы там науки нашей?
Мы поклялись учиться, господа,
И, значит, отреклись от всяких книг.
Вы, государь, и ты, и ты — могли ли
Вы в мертвом созерцанье обрести
Ту пламенность, что нас обогащает,
Когда мы созерцаем красоту?
Науки прочие в мозгу коснеют;
Их труженики, медленны в работе,
Скупую жатву вяло собирают.
Любовь же, что берем из глаз любимых,
Живет не замурованной, не косной,
Но, общая движению стихий,
Как мысль распространяется по телу,
Способности все наши удвояет
Превыше всех возможностей и свойств.
Любовь глазам дает острее зренье
И взору блеск, что слепнут и орлы;
Любовью слух улавливает шорох,
Что не уловит самый чуткий вор;
Все чувства в нас любовь так утончает,
Что делает рогов улитки тоньше;
Любовь во вкусе превосходит Вакха;
По храбрости она — как Геркулес:
Пойдет за гесперидскими плодами;
Она мудрее Сфинкса; мягче, слаще,
Чем сладостная лютня Аполлона.
Заговорит любовь — и боги хором
Баюкают созвучно небеса.
И ни один поэт писать не смел,
Не разведя чернил любовным вздохом;
Зато пленяет стих суровый слух,
Смиряя гордые сердца тиранов.
Из женских глаз — все знание мое:
Из них искрится пламя Прометея;
В них — книги все, наука и искусство,
Что видят, держат и питают мир.
И нет пути другого к совершенству.
Отрекшись женщин, были мы безумны, —
Безумны мы, обет тот сохраняя.
Во имя мудрости, что всем любезна,
Во имя той любви, что всем мила,
Во имя всех мужчин, творящих женщин,
Во имя женщин, что мужчин творят, —
Забудем клятву и найдем себя!
Храня обет, себя мы потеряем;
Благочестива будет здесь измена:
Ведь нет без милосердья доброй веры;
А без любви возможно ль милосердье?
КФДЛ
Король
Святой Амур! Смелей, солдаты, в бон!
Бирон
Знамена разверните, господа!
Врагов повалим! Помнить лишь одно, —
Что верх всегда за нами должен быть!
Врагов повалим! Помнить лишь одно, —
Что верх всегда за нами должен быть!
Лонгвиль
Ну, к делу, в путь! Довольно обсуждений!
Ухаживать за гостьями решили?
Ухаживать за гостьями решили?
Король
И победить их. А теперь придумать
Нам надо бы, как их занять со свитой.
Нам надо бы, как их занять со свитой.
Бирон
Сперва к палаткам надо проводить,
И каждый своей даме руку даст,
А к вечеру нам что-нибудь удастся
Изобрести, чтоб их повеселить,
Насколько краткий срок нам то позволит.
Ведь маскарады, танцы, игры, встречи-
Всегда любви веселые предтечи.
И каждый своей даме руку даст,
А к вечеру нам что-нибудь удастся
Изобрести, чтоб их повеселить,
Насколько краткий срок нам то позволит.
Ведь маскарады, танцы, игры, встречи-
Всегда любви веселые предтечи.
Король
Вперед, вперед! Минуты не терять!
Пройдет она — так не воротишь вспять.
Пройдет она — так не воротишь вспять.
Бирон
Allons! Посеял куколь — ржи не жди.
Весов судьбы заране не изучишь;
Изменник — ветрениц найдет в пути;
За медный грош — такой же грош получишь.
Весов судьбы заране не изучишь;
Изменник — ветрениц найдет в пути;
За медный грош — такой же грош получишь.
Уходят.
СЦЕНА 1
Там же.
Входят Олоферн, отец Нафанаил и Тупица.
Входят Олоферн, отец Нафанаил и Тупица.
Олоферн
Salis quod sufficit.
Нафанаил
Благодарю создателя за вас! Ваша беседа за трапезой была остра и
поучительна, забавна без непристойностей, остроумна без аффектации, смела
без бесстыдства, учена без самодовольства, оригинальна без ереси. На этих
quondam днях я разговаривал с одним из товарищей
короля, которого титулуют, именуют и называют дон Адриано де-Армадо.
Олоферн
Novi hominem tanquam te: характер у него напыщенный, речи заносчивы, язык резкий, взгляд надменный, поступь спесивая и весь облик — чванный, смехотворный и фанфаронистый. Он слишком чопорен, слишком расфуфырен, слишком жеманен, слишком причудлив и, по правде, как я бы выразился, слишком обиностранен.
(вынимает записную книжку)
Нафанаил
Вот необыкновенный и изысканный эпитет!
Олоферн
Он тянет нить своего красноречия искуснее, чем развивает свои доводы. Я
ненавижу таких фантастических фанатиков, таких необщительных, натянутых
собеседников, таких палачей орфографии, которые говорят «чиво» вместо
«чего», произносят «канфета» вместо «конфекта», употребляют слово
«прилесный» вместо «прелестный». Для меня это так отворотительно (они бы
сказали: «отвратительно»), что почти доводит меня до безумия; anne
intelligis, domine, до бешенства, до неистовства?
Нафанаил
Laus Deo, bone intelligo.
Олоферн
Bone! Bone вместо bene! Приспиан получил пощечину, но ничего, сойдет!
Нафанаил
Videsne, quis venit?
Олоферн
Video, et gaudeo.
Входят Армадо, Мотылек и Башка.
(Мотыльку)
Армадо
Мосейник!
Олоферн
Quare «мосейник», а не мошенник?
Армадо
Мирные люди, рад вас видеть.
Олоферн
Привет вам, воинственный муж.
(тихо, Башке)
Мотылек
Они оба побывали где-нибудь на пиру языков и принесли сюда объедки.
Башка
Таким словесным крохоборством они уже давно кормятся. Удивляюсь все-таки, как хозяин тебя не проглотил вместо чужих слов: ты во всяком случае на голову короче такого слова, honorificabilitudinitatibus. Тебя легче проглотить, чем горящую паклю с вином.
Мотылек
Вниманье! Стычка начинается.
(Олоферну)
Армадо
Monsieur, скажите, вы не из ученых?
Мотылек
Совершенно верно: он мальчишек учит азбуке. — Что будет, если прочесть э и б навыворот, подрисовав рога?
Олоферн
Бэ, pueritia, если подрисовать рога?
Мотылек
Бэ-э-э! Совершенно баран с рогами! Такое-то у вас ученье?
ШБДА
Олоферн
Quis, quis, в чем дело, ты, согласная?
Мотылек
Назовите последнюю гласную, а я назову первые три.
Олоферн
Сейчас скажу. Я.
Мотылек
А теперь я скажу: а, э, и. Рога к тебе пришли!
Армадо
Клянусь соленой влагой Средиземного моря — это меткое попадание,
прелестный выпад остроумия! Раз, два, три — и попал в цель. Мой разум в
восторге от такого истинного остроумия!
Мотылек
Поднесенное ребенком, как рог изобилия, пожилому человеку получается —
рогоносец.
Олоферн
Что за фигура? Что за фигура?
Мотылек
Рогатая.
Олоферн
Ты рассуждаешь как дитя. Ступай лучше гонять кубарь.
Мотылек
Дайте мне ваши рога на кубарь. Тогда я ваш срам буду гонять circum,
circa. Великолепный кубарь — из рогов
рогоносца!
Башка
Будь у меня хоть один пенс за душой, я отдал бы его, чтобы ты купил
себе пряников! Возьми-ка эту репарацию, что я получил от твоего хозяина, ты,
полупенсовый кошелек остроумия, яичко голубиное разумности! Если бы небо
соблаговолило сделать тебя хоть незаконным моим сыном, — какого веселого
папашу ты бы из меня сделал! Да, братец, у тебя ума, как говорится, целая
думка.
Олоферн
Тут запахло плохой латынью: думка вместо ad unguem.
Армадо
Ученый муж, praeambula: удадимся от этих невежд. Скажите, вы не занимаетесь воспитанием юношества в общественном учреждении, что стоит на вершине той горы?
Олоферн
Mons — холма.
Армадо
Относительно горы предоставляю это на ваше благоусмотрение.
Олоферн
Занимаюсь, sans question.
Армадо
Сударь, королю благоугодно оказать знак внимания принцессе и ее свите в задней части этого дня, что грубая толпа называет вечерним временем.
Олоферн
Задняя часть дня, ваша милость, — выражение очень подходящее, точное и соответствующее вечернему времени. Слово это прекрасно найдено и подыскано; это мило и метко, смею вас уверить, сударь, смею вас уверить.
Армадо
Сударь, король — человек благородный и мой близкий, уверяю вас, мой задушевный друг. Не буду говорить о том, в каких близких мы с ним отношениях. — «Прошу тебя, не надо этих церемоний, прошу тебя, накройся!» И заметьте, что во время весьма значительного и серьезного разговора, имеющего, поверьте, громадное значение. Но оставим это. Сообщу еще под клятвой, что частенько его светлости благоугодно бывает опереться на мое ничтожное плечо, своими королевскими перстами играть с моею растительностью — с mustachio.
Но оставим это, милейший. Клянусь светом дня, я рассказываю тебе не басни. Да, немало особливых знаков внимания оказывает его величество своему Армадо, воину и путешественнику, видавшему-таки виды. Но оставим это. — Но главное, — однако, милейший, я умоляю вас держать это в тайне! — то, что король хочет, чтобы я развлек принцессу, эту душечку, каким-нибудь усладительным зрелищем, представлением, спектаклем, процессией или фейерверком. И вот, узнав, что местный священник и вы, мой дорогой, не чужды, можно сказать, импровизаций и веселых выдумок, я пожелал с вами познакомиться, чтобы просить вас оказать мне содействие в этом деле.
Олоферн
Сударь, я советую вам представить принцессе «Девять героев». — Отец
Нафанаил, поскольку дело идет об устройстве развлечения для принцессы, о
каком-нибудь зрелище в задней части дня, в котором по приказанию короля и
этого доблестного, знаменитого и образованного кавалера мы должны принять
участие, — я полагаю, что лучше всего будет представить «Девять героев».
Нафанаил
Но где же вы найдете людей, подходящих для такого представления?
Олоферн
Иисусом Навином будете вы сами; я или этот доблестный кавалер изобразим
Иуду Маккавея; пастух этот по крупности телосложения, пли сочленений может
сойти за Помпея Великого; паж будет Геркулесом.
Армадо
Простите, сударь, вы в заблуждении. Он слишком мал ростом, он величиной
с большой палец этого героя; он меньше кончика его палицы.
Олоферн
Соблаговолите выслушать. Он будет изображать Геркулеса в младенчестве;
все выступление будет заключаться в том, что он задушит змею. Я на этот
случай сочиню специальную апологию.
Мотылек
Прекрасная мысль! Если кто-нибудь из публики вздумает мне свистать, вы
можете всегда закричать: «Молодцом, Геркулес, вот ты уже давишь змею!» —
Таким образом, осуждение вы обратите в похвалу, — а этой способности очень
многие не имеют.
Армадо
Ну, а остальных героев?
Олоферн
Я на себя беру троих.
Мотылек
Трижды геройский кавалер!
Армадо
Угодно вам выслушать мое мнение?
Олоферн
Прошу вас.
Армадо
Если у вас это не пойдет на лад, поставьте комедию. Прошу вас следовать
за мною.
Олоферн
Via, почтеннейший Тупица! А ты так за все время и не
проронил ни слова?
Тупица
Да и не понял ни слова, сударь.
ШБПМ
Олоферн
Allons! Мы тебя привлечем к участию.
Тупица
А мне что? Станцевать? Я с танцами знаком!
А то на барабане сыграть пред удальцом?
А то на барабане сыграть пред удальцом?
ООН
Олоферн
Вы скромны, друг удалой. — Готовиться пойдем!
Уходят.
СЦЕНА 2
Там же.
Входят Принцесса, Катерина, Розалина и Мария.
Входят Принцесса, Катерина, Розалина и Мария.
Принцесса
К отъезду мы совсем разбогатеем:
Так щедро сыплются на нас подарки, —
Того гляди, в алмазах задохнусь!
Взгляните, что прислал король влюбленный.
Так щедро сыплются на нас подарки, —
Того гляди, в алмазах задохнусь!
Взгляните, что прислал король влюбленный.
Розалина
И ничего не присовокупил?
Принцесса
Как ничего? Любовные стихи,
Которых бы хватило, чтоб покрыть
Огромный лист бумаги с двух сторон.
Внизу — печать с фигурой Купидона.
Которых бы хватило, чтоб покрыть
Огромный лист бумаги с двух сторон.
Внизу — печать с фигурой Купидона.
Розалина
Он все еще красуется на воске,
Хоть стукнуло пять тысяч лет мальчишке!
Хоть стукнуло пять тысяч лет мальчишке!
Катерина
Зловредный негодяй, мальчишка злобный.
Розалина
Вы с ним враги: твою сестру сгубил он.
Катерина
Он на нее наслал печаль, унынье —
И вот, она зачахла. Будь она
Полегче, вроде вас, повеселей,
Она могла бы бабушкой скончаться,
Как с вами будет: легкий — долговечен.
И вот, она зачахла. Будь она
Полегче, вроде вас, повеселей,
Она могла бы бабушкой скончаться,
Как с вами будет: легкий — долговечен.
Розалина
На что-то темное ты намекаешь.
Катерина
Да, темен легкий прав при красоте.
Розалина
И легким нравам твой намек не ясен.
Катерина
Коль поясню, рассердишься, пожалуй. —
Так пусть же мысль пребудет в темноте.
Так пусть же мысль пребудет в темноте.
Розалина
Да, темнота для дел твоих удобна!
Катерина
Да, я — не вы. Вы — легкое созданье.
Розалина
Я вешу меньше, значит — я и легче.
Катерина
Кто весит больше — не твоя забота.
Розалина
Тем лучше: без забот мне легче жить.
Принцесса
Ловки вы обе: партия — в ничью.
Но вам ведь, Розалина, тоже прислан
Подарок. Кто прислал и что?
Но вам ведь, Розалина, тоже прислан
Подарок. Кто прислал и что?
Розалина
Скажу вам.
Будь я красавица, как вы, подарки
Богаче были бы, а то — смотрите!
Конечно, за стихи, Бирон, спасибо.
Размер так верен, но когда бы верно
Все было, что там сказано, пожалуй,
Себя сочла бы я за божество:
Меня сравнил он с тысячью красавиц.
В письме Бирон рисует мой портрет.
Будь я красавица, как вы, подарки
Богаче были бы, а то — смотрите!
Конечно, за стихи, Бирон, спасибо.
Размер так верен, но когда бы верно
Все было, что там сказано, пожалуй,
Себя сочла бы я за божество:
Меня сравнил он с тысячью красавиц.
В письме Бирон рисует мой портрет.
Принцесса
И что ж, похож?
Розалина
Скорее в буквах, а в оценке — мало.
Принцесса
Чернильная красавица? Недурно!
Катерина
Бела как прописное Б в тетрадке.
Розалина
Потише с краской. Позабыли зря
Про буквы красные календаря;
Ведь на лице у вас немало О!
Про буквы красные календаря;
Ведь на лице у вас немало О!
Катерина
Чтоб оспа взрыла все твое лицо!
(Катерине)
Принцесса
А что прислал Дюмен твой в виде дара?
Катерина
Перчатку.
Принцесса
Как, одну? А где же пара?
Катерина
Их две. Прислал затем
Он целый пук любовнейших поэм.
Образчиком могли б служить стихи
И лицемерия и чепухи.
Он целый пук любовнейших поэм.
Образчиком могли б служить стихи
И лицемерия и чепухи.
Мария
А мне так жемчуга прислал Лонгвиль;
При них — письмо длиной в десяток миль.
При них — письмо длиной в десяток миль.
Принцесса
Послать, конечно, было бы умней
Письмо короче, нитку подлинней.
Письмо короче, нитку подлинней.
Мария
Чтоб на нее мне нехватило рук!
Принцесса
Умны мы очень, что смеемся так!
Розалина
И за насмешки дарит нам дурак.
Бирона взять — натерпится он мук.
Дней на семь мне его бы залучить —
Вот стал бы пресмыкаться, ждать, молить,
Искать удобнейшую из минут,
Стихов ненужных написал бы с пуд.
Малейшее бы сторожил желанье,
За честь себе считал бы истязанье.
Его звездой несчастной мне бы быть
И над безумцем, как судьба, царить!
Бирона взять — натерпится он мук.
Дней на семь мне его бы залучить —
Вот стал бы пресмыкаться, ждать, молить,
Искать удобнейшую из минут,
Стихов ненужных написал бы с пуд.
Малейшее бы сторожил желанье,
За честь себе считал бы истязанье.
Его звездой несчастной мне бы быть
И над безумцем, как судьба, царить!
Принцесса
Ни в ком безумье так не расцветает,
Как в умном, коль в безумье он впадает.
Способны ум, воспитанность, уменье
Придать безумью странное значенье.
Как в умном, коль в безумье он впадает.
Способны ум, воспитанность, уменье
Придать безумью странное значенье.
Розалина
И в юношах не так вскипает кровь,
Как в зрелых людях, раз придет любовь.
Как в зрелых людях, раз придет любовь.
Мария
Глупец в безумье — кто смутится этим?
Безумство в умном мы сейчас заметим.
И все, что было разумом, уменьем —
Теперь безумью служит подтвержденьем.
Безумство в умном мы сейчас заметим.
И все, что было разумом, уменьем —
Теперь безумью служит подтвержденьем.
Принцесса
Вот и Бойе! И что-то веселится.
Входит Бойе.
Бойе
Умру от смеха! Нужно же случиться!
Принцесса
Что нового, Бойе?
Бойе
Готовьтесь в бой!
К оружью, дамы, — или ваш покой
В опасности! Враги, надевши маски,
Завоевать решили ваши ласки.
Пустите в ход вы все усилья волн
Или, как трусы, удирайте с поля.
К оружью, дамы, — или ваш покой
В опасности! Враги, надевши маски,
Завоевать решили ваши ласки.
Пустите в ход вы все усилья волн
Или, как трусы, удирайте с поля.
Принцесса
Денис против Амура! По причинам
Каким поход? Разведчик, расскажи нам.
Каким поход? Разведчик, расскажи нам.
Бойе
Под тень густого клена я забрался —
Соснуть с полчасика там собирался;
Вдруг — не поспел еще сомкнуть я глаз —
Король с товарищами и как раз
Идет туда, где лег я; осторожно
Я переполз в кустарник придорожный
И слышу, — что услышите вы тут, —
Что ряжеными к нам сейчас придут;
Герольдом паж им будет — Мотылек,
И роль свою он знает на зубок,
Словам и жестам ловко научен:
«Так говори, а так держи фасон».
Хотя является у них сомненье,
Не привели бы вы его в смущенье.
Король твердил: «Хоть ангелу подобна
Она, но ты не трусь, держись свободно».
А мальчик: «Ангел, что же, он не злой.
Вот если б чорт предстал передо мной!»
Они — смеяться, по плечу трепать,
Пажу стараясь храбрости придать.
Один себе тер локоть, уверял,
Что лучшей речи в жизни не слыхал.
Другой все щелкал пальцами, причем
Кричал: «Via! Поставим на своем!»
Тот с криками: «Идет на лад!» плясал,
Четвертый сделал па и вдруг упал.
Тут все они на землю повалились,
От хохота едва не подавились
И долго б в корчах так валялись рядом,
Не покатись от чувства слезы градом.
Соснуть с полчасика там собирался;
Вдруг — не поспел еще сомкнуть я глаз —
Король с товарищами и как раз
Идет туда, где лег я; осторожно
Я переполз в кустарник придорожный
И слышу, — что услышите вы тут, —
Что ряжеными к нам сейчас придут;
Герольдом паж им будет — Мотылек,
И роль свою он знает на зубок,
Словам и жестам ловко научен:
«Так говори, а так держи фасон».
Хотя является у них сомненье,
Не привели бы вы его в смущенье.
Король твердил: «Хоть ангелу подобна
Она, но ты не трусь, держись свободно».
А мальчик: «Ангел, что же, он не злой.
Вот если б чорт предстал передо мной!»
Они — смеяться, по плечу трепать,
Пажу стараясь храбрости придать.
Один себе тер локоть, уверял,
Что лучшей речи в жизни не слыхал.
Другой все щелкал пальцами, причем
Кричал: «Via! Поставим на своем!»
Тот с криками: «Идет на лад!» плясал,
Четвертый сделал па и вдруг упал.
Тут все они на землю повалились,
От хохота едва не подавились
И долго б в корчах так валялись рядом,
Не покатись от чувства слезы градом.
Принцесса
Не может быть! Они сюда спешат?
Бойе
Ну да, ну да. Престранный маскарад!
Все — московиты, русские, на взгляд;
Намерены болтать, потанцевать
И подвигами страсти убеждать
Своих избранниц в увлеченье жарком,
Узнавши их по собственным подаркам.
Все — московиты, русские, на взгляд;
Намерены болтать, потанцевать
И подвигами страсти убеждать
Своих избранниц в увлеченье жарком,
Узнавши их по собственным подаркам.
Принцесса
Ах, вот как? Не попасть бы им впросак!
Наденем маски и потом никак
Не снимем их, как бы ни умоляли,
Чтобы в лицо они нас не видали. —
Ты, Розалина, мой алмаз возьмешь
И в заблужденье короля введешь.
Возьми его и уступи мне свой, —
Бирон начнет ухаживать за мной.
Наденем маски и потом никак
Не снимем их, как бы ни умоляли,
Чтобы в лицо они нас не видали. —
Ты, Розалина, мой алмаз возьмешь
И в заблужденье короля введешь.
Возьми его и уступи мне свой, —
Бирон начнет ухаживать за мной.
(Марии и Катерине)
Принцесса
Вы тоже поменяйтесь втихомолку, —
И так вздыхателей собьем мы с толку.
И так вздыхателей собьем мы с толку.
Розалина
Отлично! Ну, подарки все на вид!
Катерина
Чем эта выдумка нас наградит?
Принцесса
Цель выдумки — идти наперерез,
И если вздумалось им подшутить,
То шутку шуткою предупредить.
Пусть подставным влюбленным разболтают
Свои секреты; а когда узнают
О том при первом же свиданье с нами, —
Мы изведем их шуткой и смешками.
И если вздумалось им подшутить,
То шутку шуткою предупредить.
Пусть подставным влюбленным разболтают
Свои секреты; а когда узнают
О том при первом же свиданье с нами, —
Мы изведем их шуткой и смешками.
Розалина
А пригласят на танцы — соглашаться?
Принцесса
Нет, нет. Уж лучше без ноги остаться.
На комплименты все ответ такой:
Чуть рот разинул — повернись спиной.
На комплименты все ответ такой:
Чуть рот разинул — повернись спиной.
Бойе
Таким презреньем можно их убить:
Забудут все, что надо говорить.
Забудут все, что надо говорить.
Принцесса
Нам то и на руку. И без сомненья,
Кто с роли сбит, не выйдет из смущенья.
Да, вот игра: игру игрой побить,
Их мысли взять, свои же сохранить.
Так действуя, мы партию возьмем
И со стыдом домой их отошлем.
Кто с роли сбит, не выйдет из смущенья.
Да, вот игра: игру игрой побить,
Их мысли взять, свои же сохранить.
Так действуя, мы партию возьмем
И со стыдом домой их отошлем.
Трубы за сценой.
Бойе
Труба! Наденьте маски! Идут гости.
Дамы надевают маски.
Дамы надевают маски.
Входят с музыкой мавры; Мотылей, Король, Бирон, Лонгвиль и Дюмен в масках и русских костюмах.
Мотылек
«Привет красотам пышным сей земли!»
Бойе
Тафта пышней, пожалуй, красоты.
Мотылек
«Священная гирлянда милых дам,
Дамы поворачивают спины.
Что к смертным взорам обратили... спины».
Дамы поворачивают спины.
Что к смертным взорам обратили... спины».
(Мотыльку)
Бирон
Очи, негодяй, очи!
Мотылек
«Что к смертным взорам обратили очи.
Вон...»
Вон...»
Бойе
Правильно! Разумеется — вон!
Мотылек
«Вонмите нам и соблаговолите
Закрыть сиянье...»
Закрыть сиянье...»
(Мотыльку)
Бирон
Открыть сиянье, шельмец.
Мотылек
«Открыть сиянье солнцелучных глаз...
Солнцелучных глаз...»
Солнцелучных глаз...»
Бойе
Пожалуй, не добьешься так ответа,
Уж лучше бы сказал — девичьих глаз.
Уж лучше бы сказал — девичьих глаз.
Мотылек
Они не слушают, вот я и сбился.
Бирон
Туда же, взялся! Прочь ступай, шельмец!
Уходит Мотылек.
Розалина
Узнай, Бойе, что иностранцам надо,
И если нашим языком владеют,
Пусть объяснят намеренья свои —
Чего хотят.
И если нашим языком владеют,
Пусть объяснят намеренья свои —
Чего хотят.
Бойе
Чего вы здесь хотите?
Бирон
Лишь мирно и любезно посетить вас.
Розалина
Чего хотят?
Бойе
Лишь мирно и любезно посетить вас.
Вот, посетили — могут уходить.
Бойе
Ответ вам: посетили — и ступайте.
Король
Скажи ей, что прошли мы много миль,
Чтоб с нею поплясать на этой травке.
Чтоб с нею поплясать на этой травке.
Бойе
Он говорит, что много миль прошли,
Чтоб с вами поплясать на этой травке.
Чтоб с вами поплясать на этой травке.
Розалина
А сколько в каждой миле будет дюймов, —
Спроси у них. Прошли они так много,
Что без труда сумеют рассчитать.
Спроси у них. Прошли они так много,
Что без труда сумеют рассчитать.
Бойе
Вы столько миль прошли в своем пути,
Что вам принцесса задает вопрос:
А сколько в каждой миле будет дюймов?
Что вам принцесса задает вопрос:
А сколько в каждой миле будет дюймов?
Бирон
Ответ — что лишь страданьям счет вели.
Бойе
Она вас слышит.
Розалина
Сколько же страданий
Вы насчитали в странствии тяжелом?
И сколько их приходится на милю?
Вы насчитали в странствии тяжелом?
И сколько их приходится на милю?
Бирон
Трудились ради вас и не считали,
И труд наш был так полон и богат,
Что мог бы продолжаться бесконечно.
Откройте нам лицо, чтоб мы могли,
Как дикари, упасть пред ликом солнца.
И труд наш был так полон и богат,
Что мог бы продолжаться бесконечно.
Откройте нам лицо, чтоб мы могли,
Как дикари, упасть пред ликом солнца.
Розалина
Мое лицо — луна, и то за тучей.
КФБ
Король
Завидно быть благословенной тучей!
Пролейте свет, луна и звезды хором,
Рассеяв тучи увлажненным взором.
Пролейте свет, луна и звезды хором,
Рассеяв тучи увлажненным взором.
Розалина
Могли бы и побольше допросить,
Чем на воду луне свой свет пролить.
Чем на воду луне свой свет пролить.
Король
Прошу тогда со мной потанцевать, —
Желанье странным ведь нельзя назвать.
Желанье странным ведь нельзя назвать.
Розалина
Эй, музыки! Ну? Музыка дана.
Играет музыка.
Нет, не хочу. Изменчива луна.
Играет музыка.
Нет, не хочу. Изменчива луна.
Король
Вы не желаете? Но что случилось?
Розалина
Луна сейчас внезапно изменилась.
Король
Пусть вы — луна: я — человек на ней.
Под музыку нога идет живей.
Под музыку нога идет живей.
Розалина
Слежу ушами.
Король
И недвижно тело?
Розалина
Я обижать гостей бы не хотела.
Вот вам рука, но не для танцев, нет.
Вот вам рука, но не для танцев, нет.
Король
Тогда зачем же?
Розалина
Дружеский привет,
Поклон, прощанье — и конец свиданью.
Поклон, прощанье — и конец свиданью.
Король
Для танца слишком быстро окончанье.
Розалина
Нет, по цене достаточно вполне.
Король
А ваше общество в какой цене?
Розалина
Цена — уход ваш.
Король
Это невозможно.
Розалина
Так нечего и торговаться нам;
Поклон мой маске, полпоклона — вам.
Поклон мой маске, полпоклона — вам.
Король
Без танцев можем мы потолковать.
Розалина
Но не при всех.
Король
Чего ж еще желать?
Отходят в сторону, разговаривая.
Отходят в сторону, разговаривая.
Бирон
Словечко сладкое мне подари!
Принцесса
Мед, молоко и сахар — целых три.
Бирон
Удвою их: сластена ты, плутовка!
Мальвазия, сыта и брага, — ловко?
Полдюжины сластей.
Мальвазия, сыта и брага, — ловко?
Полдюжины сластей.
Принцесса
«Прощай» — седьмая.
С таким плутом я в кости не играю.
С таким плутом я в кости не играю.
Бирон
Словечко на ухо.
Принцесса
Погорьковатей!
Бирон
Вся желчь.
Принцесса
Уж это горько!
Бирон
Значит, кстати.
Отходят в сторону, разговаривая.
Отходят в сторону, разговаривая.
Дюмен
Словечком обменяться я желаю.
Мария
Каким?
Дюмен
Красавица...
Мария
Я возвращаю
Вам за красавицу красавца.
Вам за красавицу красавца.
Дюмен
Дай
Поговорить, потом скажу «прощай!»
Отходят в сторону, разговаривая.
Поговорить, потом скажу «прощай!»
Отходят в сторону, разговаривая.
Катерина
Нет, маска, языка у вас во рту?
Лонгвиль
Я знаю, почему вы так спросили.
Катерина
Ах, знаете? Скажите, я вас жду.
Лонгвиль
Двойным вас, очевидно, наделили,
И вы один хотите уступить.
И вы один хотите уступить.
Катерина
Телячий вам недурно б подарить.
Лонгвиль
Зачем телячий?
Катерина
Потеряли свой.
Лонгвиль
Я не теленок.
Катерина
Тот хоть не немой.
Поупражняйтесь — будете бычок.
Поупражняйтесь — будете бычок.
Лонгвиль
Самих вас колет бойкий язычок.
Хотите вы рога наставить, да?
Хотите вы рога наставить, да?
Катерина
Да не дожить до них вам, вот беда!
Лонгвиль
Пока я жив, хотел бы вам сказать...
Катерина
Мясник услышит, — громко не мычать!
Отходят в сторону, разговаривая.
Отходят в сторону, разговаривая.
Бойе
Ну и насмешница! Ну, язычок!
Как бритвы лезвие, что мигом режет
Невидимый для глаза волосок!
За мыслью мысль. Но только смысл забрезжит —
Опять скачок — и мчит быстрей и резче
Стрел, ветра, пуль и всякой быстрой вещи.
Как бритвы лезвие, что мигом режет
Невидимый для глаза волосок!
За мыслью мысль. Но только смысл забрезжит —
Опять скачок — и мчит быстрей и резче
Стрел, ветра, пуль и всякой быстрой вещи.
Розалина
Ни слова больше, девушки! Довольно!
Бирон
Однако нас отщелкали пребольно.
Король
Ум недалек! Прощайте, сумасбродки!
Принцесса
Желаю всем вам русской я погодки!
РМКМБ
Уходят Король, вельможи и мавры.
Принцесса
Так это пресловутый сонм умов?
Бойе
Вы угасили свет своим дыханьем.
Розалина
Покрылся жиром ум со всех боков.
Принцесса
Какая скудость с необразованьем!
Теперь одно — повеситься им впору,
Иль в жизни больше масок не снимать.
Наглец Бирон был с тона сбит без спору.
Теперь одно — повеситься им впору,
Иль в жизни больше масок не снимать.
Наглец Бирон был с тона сбит без спору.
Розалина
Да, положение, могу сказать!
Король, не видя ласки, чуть не хныкал.
Король, не видя ласки, чуть не хныкал.
Принцесса
Клялся не в свою голову Бирон.
Мария
Дюмен все честь свою и меч мне тыкал,
Сказала «нет», — лишился речи он.
Сказала «нет», — лишился речи он.
Катерина
Лонгвиль твердил: «Душа так и трясется», —
И называл меня...
И называл меня...
Принцесса
Как? Тошнота?
Катерина
Вот именно.
Принцесса
Боюсь, и в нас проснется.
Розалина
Больше под шапкой шерстяной ума.
А знаете, король в любви признался!
А знаете, король в любви признался!
Принцесса
Мне ж сделал предложение Бирон.
Катерина
Лонгвиль мне в вечной преданности клялся.
Мария
Дюмен со мной, как ствол с корой, сплетен.
Бойе
Послушайте, красавицы мои:
Ведь к нам сейчас опять придут они
Не ряжеными, в платье уж своем,
Жестокий не переварив прием.
Ведь к нам сейчас опять придут они
Не ряжеными, в платье уж своем,
Жестокий не переварив прием.
Принцесса
Опять вернутся?
Бойе
Видит бог, хотят:
Забыв увечье, каждый прыгать рад.
Итак, подарки по местам, а сами
Вы распускайтесь розой под лучами.
Забыв увечье, каждый прыгать рад.
Итак, подарки по местам, а сами
Вы распускайтесь розой под лучами.
Принцесса
Как «распускайтесь»? Как это понять?
Бойе
Закрыть лицо — в бутоне цвет скрывать.
Без маски блеску красок появиться —
Слепительно, как розе, распуститься.
Без маски блеску красок появиться —
Слепительно, как розе, распуститься.
Принцесса
Умолкни, глупость! — Как нам быть, когда
В своих уж платьях вновь придут сюда?
В своих уж платьях вновь придут сюда?
Розалина
Послушайтесь разумного совета:
Шутите, словно маска вновь надета;
Пожалуйтесь на глупых тех ребят,
Что рядятся на московитский лад.
Расспрашивайте, кто они, в чем дело;
Скажите, что затея надоела,
Что их пролог напыщенный был туп,
А сам спектакль — беспомощен и глуп.
Шутите, словно маска вновь надета;
Пожалуйтесь на глупых тех ребят,
Что рядятся на московитский лад.
Расспрашивайте, кто они, в чем дело;
Скажите, что затея надоела,
Что их пролог напыщенный был туп,
А сам спектакль — беспомощен и глуп.
Бойе
Скрывайтесь! Уж они — рукой подать.
Принцесса
В палатки, словно лани через гать!
Уходят Принцесса, Розалина, Катерина и Мария.
Входят Король, Бирон, Лонгвиль и Дюмен в обычном платье.
Король
Храни вас бог! Скажите, где принцесса?
Бойе
В палатку удалилась. Не могу ль
Я что-нибудь от вас ей передать?
Я что-нибудь от вас ей передать?
Король
Хотел бы я сказать ей пару слов.
Бойе
К услугам вашим я всегда готов.
Уходит.
Бирон
Муж этот ум по зернышку клюет,
В любой момент обратно отдает.
Разносчик он, и носит свой товар
На ярмарки, пиры, торги, базар.
И мы, что оптом, не в разнос, торгуем,
Сидеть без покупателей рискуем.
Он женщин бьет направо и налево;
Будь он Адам, — сам соблазнил бы Еву.
Сюсюкает и режет он жаркое,
Воздушный поцелуй он шлет рукою.
Мартышка мод, monsieur, приятный всем,
Играя в кости, божится совсем
Приличными словами. Он поет, —
Прелестный тенор. Повелитель мод.
Все дамы к «милочке» ужасно падки;
Ему ступени лестниц лижут пятки.
Цветочек, улыбаться всем готовый
И зубы показать, что ус китовый!
И люди, чтобы долг отдать вполне,
Медоточивым прозвали Бойе.
В любой момент обратно отдает.
Разносчик он, и носит свой товар
На ярмарки, пиры, торги, базар.
И мы, что оптом, не в разнос, торгуем,
Сидеть без покупателей рискуем.
Он женщин бьет направо и налево;
Будь он Адам, — сам соблазнил бы Еву.
Сюсюкает и режет он жаркое,
Воздушный поцелуй он шлет рукою.
Мартышка мод, monsieur, приятный всем,
Играя в кости, божится совсем
Приличными словами. Он поет, —
Прелестный тенор. Повелитель мод.
Все дамы к «милочке» ужасно падки;
Ему ступени лестниц лижут пятки.
Цветочек, улыбаться всем готовый
И зубы показать, что ус китовый!
И люди, чтобы долг отдать вполне,
Медоточивым прозвали Бойе.
МБКФ
Король
Типун бы на язык ему вскочил!
Паж роль свою из-за него забыл.
Паж роль свою из-за него забыл.
Бирон
Вот и они. Учтивость, чем была ты,
Пока тебя не исказили фаты?
Пока тебя не исказили фаты?
Входят Принцесса под руку с Бойе, Розалина, Мария и Катерина.
Король
Да будет вам как праздник летний день!
Принцесса
Но летом в праздники довольно пыльно.
Король
На ясные слова кладете тень.
Принцесса
Напротив, поправляю вас посильно.
Король
Сюда пришли мы передать привет
И посетить дворец наш приглашенье.
И посетить дворец наш приглашенье.
Принцесса
Нам — жить в полях, а вам — блюсти обет.
Ни бог ни я не любим преступленья.
Ни бог ни я не любим преступленья.
Король
За то, в чем вы виной, клеймить упреком?
Сломала сила ваших глаз печать.
Сломала сила ваших глаз печать.
Принцесса
Зовете силой, что зовут пороком.
Не дело силы — клятвы нарушать.
И вот, девичью честь беря в поруки, —
Что чище лилии, — я заявляю,
Что, если б даже мне грозили муки,
Я во дворне быть гостьей не желаю:
Так я боюсь быть поводом тому,
Чтоб нарушали клятву вы свою.
Не дело силы — клятвы нарушать.
И вот, девичью честь беря в поруки, —
Что чище лилии, — я заявляю,
Что, если б даже мне грозили муки,
Я во дворне быть гостьей не желаю:
Так я боюсь быть поводом тому,
Чтоб нарушали клятву вы свою.
Король
Но вы живете здесь в уединенье:
Не видите людей; не видят вас.
Не видите людей; не видят вас.
Принцесса
Нет, нет, вполне довольно развлеченья
Мы здесь имеем. Вот хоть бы сейчас, —
Нас русские здесь гости посетили.
Мы здесь имеем. Вот хоть бы сейчас, —
Нас русские здесь гости посетили.
Король
Как, русские?
Принцесса
Московии посланцы:
Приятно говорили и шутили.
Приятно говорили и шутили.
Розалина
Не верьте, герцог. Это все — обман.
Принцесса из любезности, по моде,
То хвалит, что не стоит похвалы.
Да, были здесь уродец на уроде.
Пожалуй, целый час здесь провели,
Болтали, но поклясться я готова,
Что умного не проронили слова.
Не говорю — глупы, но если каждый
Пить хочет, то дурак страдает жаждой.
Принцесса из любезности, по моде,
То хвалит, что не стоит похвалы.
Да, были здесь уродец на уроде.
Пожалуй, целый час здесь провели,
Болтали, но поклясться я готова,
Что умного не проронили слова.
Не говорю — глупы, но если каждый
Пить хочет, то дурак страдает жаждой.
Бирон
Захочешь пить от этаких острот. —
Но, милочка, ведь глупым станет тот,
Кто с вами схватится. Ослепнуть можно,
Взглянув на солнца блеск неосторожно.
Другой такой, пожалуй, не отыщем,
Чтоб умный стал глупцом, богатый — пищим.
Но, милочка, ведь глупым станет тот,
Кто с вами схватится. Ослепнуть можно,
Взглянув на солнца блеск неосторожно.
Другой такой, пожалуй, не отыщем,
Чтоб умный стал глупцом, богатый — пищим.
Розалина
Как видно, вы — богатый умник!
Бирон
Лишь нищету и глупость дал мне бог.
Розалина
Когда б догадка не касалась вас,
Я рассердилась бы за ваш подсказ.
Я рассердилась бы за ваш подсказ.
Бирон
Готов отдать себя и все свое...
Розалина
Всего глупца?
Бирон
Нет больше ничего.
Розалина
Признайтесь мне: в какой вы были маске?
Бирон
Где? Почему? В чем дело? Что за сказки?
Розалина
Ну, в маске, что старалась тщетно скрыть
Лицо похуже, лучшее ж открыть.
Лицо похуже, лучшее ж открыть.
Король
Попались мы! Не избежать насмешек.
Дюмен
Во всем признаться, в шутку обратить.
Принцесса
Расстроены вы чем-то, нездоровы?
Розалина
Воды! Скорей! Смотрите, как он бледен!
Болезнь морская? Шутка ль! Путь из Московии!
Болезнь морская? Шутка ль! Путь из Московии!
Бирон
На казнь мы звездами обречены!
Лишь медный лоб все вынесет с терпеньем. —
Вот я пред вами: вы теперь вольны
Разить насмешкой, убивать презреньем,
Невежество своим умом терзать,
В куски крошить меня ответом острым.
Не приглашу вас больше танцевать;
Как русский не явлюсь в костюме пестром;
Кудрявым не доверюсь я словам;
Из азбуки не почерпну привета;
Не буду маски придавать чертам
И, как арфист слепой, играть в поэта;
Довольно шелком слов лелеять слух;
Гипербол бархатных с меня довольно,
Сравнений книжных: как от песьих мух,
Язык от них во рту распух невольно.
От них я отрекаюсь и клянусь
Перчаткой белой, — но рука белее, —
Для выраженья чувств я обращусь
Лишь к «да» и «нет» холщовым, без затеи.
Итак, начну: любовь моя крепка,
Без кривизны, без всякого сучка...
Лишь медный лоб все вынесет с терпеньем. —
Вот я пред вами: вы теперь вольны
Разить насмешкой, убивать презреньем,
Невежество своим умом терзать,
В куски крошить меня ответом острым.
Не приглашу вас больше танцевать;
Как русский не явлюсь в костюме пестром;
Кудрявым не доверюсь я словам;
Из азбуки не почерпну привета;
Не буду маски придавать чертам
И, как арфист слепой, играть в поэта;
Довольно шелком слов лелеять слух;
Гипербол бархатных с меня довольно,
Сравнений книжных: как от песьих мух,
Язык от них во рту распух невольно.
От них я отрекаюсь и клянусь
Перчаткой белой, — но рука белее, —
Для выраженья чувств я обращусь
Лишь к «да» и «нет» холщовым, без затеи.
Итак, начну: любовь моя крепка,
Без кривизны, без всякого сучка...
Розалина
Послушайте! «Без», «без»...
Бирон
Да, я не волен
Забыть так скоро: все еще я болен.
Указывая на других мужчин
Но скоро я исправлюсь. А на них
Навесить бы «Заразен» на троих.
Они опасны, в их сердцах — чума.
Причина — ваши милые глаза.
Приметы той болезни мне знакомы,
И в вас я вижу чумные симптомы.
Забыть так скоро: все еще я болен.
Указывая на других мужчин
Но скоро я исправлюсь. А на них
Навесить бы «Заразен» на троих.
Они опасны, в их сердцах — чума.
Причина — ваши милые глаза.
Приметы той болезни мне знакомы,
И в вас я вижу чумные симптомы.
Принцесса
Но мы от них свободны отказаться.
Бирон
Все конфисковано, — зачем тягаться?
Розалина
Клянуся честью, тут совсем не то:
Не конфисковано — присуждено.
Не конфисковано — присуждено.
Бирон
Дай бог, чтоб дело с вами не свело!
Розалина
Я то же самое могу сказать.
Бирон
Вам, видно, говорить, а мне — молчать.
Король
Назначьте нам, принцесса, наказанье
За наш проступок.
За наш проступок.
Принцесса
Главное — признанье.
Скажите: вы сейчас у нас здесь были?
Скажите: вы сейчас у нас здесь были?
Король
О, да.
Принцесса
И помните, что говорили?
Король
О, да.
Принцесса
Тогда нельзя ли мне узнать,
Что даме вы изволили шептать?
Что даме вы изволили шептать?
Король
Что чту ее превыше я всего.
Принцесса
А уличит — отвергнете ее?
Король
Я клятву дал.
Принцесса
Нет, нет, я протестую:
Одну нарушили, теперь другую!
Одну нарушили, теперь другую!
Король
Пусть будет то к презрению причина.
Принцесса
Идет! Теперь посмотрим. Розалина,
Что русский на ухо тебе шептал?
Что русский на ухо тебе шептал?
Розалина
Меня зеницей ока называл,
Твердил, что я ему всего дороже,
Что без меня весь мир ему не мил, —
И наконец мне руку предложил.
Твердил, что я ему всего дороже,
Что без меня весь мир ему не мил, —
И наконец мне руку предложил.
Принцесса
Мир да любовь! Король всегда готов
Сдержать малейшее из данных слов.
Сдержать малейшее из данных слов.
Король
В чем дело? Никогда, клянуся честью,
Не обращался к ней с подобной лестью.
Не обращался к ней с подобной лестью.
Розалина
Ей-богу, обращались. И в придачу
Вот это дали. Возвращаю сдачу.
Вот это дали. Возвращаю сдачу.
Король
Все это я к принцессе обращал, —
По бриллианту я ее узнал.
По бриллианту я ее узнал.
Принцесса
Ошиблись. Бриллиант мой был на ней,
А мне Бирон достался из гостей.
Что ж вам вернуть: ваш жемчуг иль меня?
А мне Бирон достался из гостей.
Что ж вам вернуть: ваш жемчуг иль меня?
Бирон
Ни в том ни в этом не нуждаюсь я! —
Понятно все: заранее узнали
Они наш план и нас же разыграли,
Как ряженых на Рождестве гостей.
Какой-то сплетник, блюдолиз, лакей,
Всезнайка, шут, застольный кавалер,
Улыбок пошлых мастер и манер,
Способных рассмешить до колик вас,
Им разболтал секрет наш, — и сейчас
Подарками меняются, и мы
Той меною в обман вовлечены.
И, раз один уже нарушив слово,
Невольно в этом мы виновны снова.
Беда к беде!
Понятно все: заранее узнали
Они наш план и нас же разыграли,
Как ряженых на Рождестве гостей.
Какой-то сплетник, блюдолиз, лакей,
Всезнайка, шут, застольный кавалер,
Улыбок пошлых мастер и манер,
Способных рассмешить до колик вас,
Им разболтал секрет наш, — и сейчас
Подарками меняются, и мы
Той меною в обман вовлечены.
И, раз один уже нарушив слово,
Невольно в этом мы виновны снова.
Беда к беде!
(К Бойе)
Бирон
Послушайте, не вы ли
Предательски наш план предупредили?
Ловки размер вы дамской ножки знать
И хохотать, лишь дан сигнал глазами;
Меж дамой и огнем ловки стоять
И угощать ее, шутя, блюдами.
Пажа вы сбили с толку. Нет запрета!
Вы в юбку будете в гробу одеты.
Коситесь на меня? О, что за взор!
Острее шпаги оловянной!
Предательски наш план предупредили?
Ловки размер вы дамской ножки знать
И хохотать, лишь дан сигнал глазами;
Меж дамой и огнем ловки стоять
И угощать ее, шутя, блюдами.
Пажа вы сбили с толку. Нет запрета!
Вы в юбку будете в гробу одеты.
Коситесь на меня? О, что за взор!
Острее шпаги оловянной!
Бойе
Скор!
Арену всю он может пробежать.
Арену всю он может пробежать.
Бирон
Внимание! Готов я выступать.
Входит Башка.
Бирон
Вот ум тончайший разрешит наш спор.
Вот, я пришел спросить:
«Трем героям» что делать, уйти иль входить?
«Трем героям» что делать, уйти иль входить?
Бирон
Почему только три?
Башка
Верен счет: мы тут все ведь;
Каждый тут за троих.
Каждый тут за троих.
Бирон
А трижды три — девять.
Башка
Как сказать... с позволенья... надеюсь, что нет.
Мы уж знаем, что знаем, и держим ответ.
Полагаю, что трижды три...
Мы уж знаем, что знаем, и держим ответ.
Полагаю, что трижды три...
Бирон
Что же, не девять?
Башка
С вашего позволения, мы знаем, сколько это составит.
Бирон
Я всегда полагал, что трижды три будет девять.
Башка
О господи, сударь, вот было бы жалости достойно, если бы вам свое
пропитание приходилось добывать счетоводством!
Бирон
Сколько же по-твоему будет?
Башка
О господи, сударь, сами исполнители покажут вам, сколько это будет. На
мою долю, по их словам, придется одна роль; моя ничтожная личность будет
изображать только одного человека — Помпиона Великого.
Бирон
Так что ты тоже будешь героем?
Башка
Им заблагорассудилось удостоить меня роли героя Помпиона Великого.
Хороший ли это был герой, я не знаю. Но вот его-то я и буду изображать.
Бирон
Скажи: «готовьтесь» им.
Башка
Мы здорово закрутим, себя не посрамим.
Уходит.
Король
Бирон, нельзя пускать их: они нас осрамят.
Бирон
Но лучший выход мы найдем едва ли,
Чтоб в срамоте нас перещеголяли.
Чтоб в срамоте нас перещеголяли.
Король
Пусть не идут они.
Принцесса
Ну будьте, государь мой, подобрей.
Чем проще шутка, тем она милей.
Когда усердье угодить нам тщится,
И от усердья смысла все лишится,
То лучший смех в нас возбуждают роды,
Где мысль великую мельчат уроды.
Чем проще шутка, тем она милей.
Когда усердье угодить нам тщится,
И от усердья смысла все лишится,
То лучший смех в нас возбуждают роды,
Где мысль великую мельчат уроды.
Бирон
Попытки нашей верная картина.
Входит Армадо.
Армадо
Помазанник божий, я претендую на такое количество вашего благовонного
королевского дыхания, которого хватило бы на произнесение пары слов.
(Отходит с Королем в сторону и, вручив бумагу, беседует с ним.)
Принцесса
Этот человек — священнослужитель?
Бирон
Почему вы думаете?
Принцесса
Он говорит не так, как все прочие люди.
Армадо
Это совершенно все равно, мой драгоценнейший, сладчайший монарх; ибо я
уверяю вас, что школьный учитель — крайне причудливый человек, слишком,
слишком тщеславный. Но мы хотим, как говорится, положиться на fortuna della
guerra. Позвольте пожелать душевного спокойствия
всему высокородному обществу!
Уходит.
Король
Вероятно, сейчас мы увидим славный парад героев. Этот человек
изображает Гектора Троянского, пастух — Помпиона Великого, сельский
священник — Александра, паж Армадо — Геркулеса, школьный учитель — Иуду
Маккавея.
И если эти четверо сумеют роль сыграть,
Они, сменив костюмы, еще представят пять.
И если эти четверо сумеют роль сыграть,
Они, сменив костюмы, еще представят пять.
Бирон
Но было пять и в первый раз.
Король
Не верно, уверяю вас.
Бирон
Школьный учитель, фанфарон, попишка, шут и мальчик:
Бросай сколько хочешь, — самый ловкий игрок
Не выкинет в другой раз подобный пяток.
Бросай сколько хочешь, — самый ловкий игрок
Не выкинет в другой раз подобный пяток.
Король
Корабль уж оснащен и покидает док.
Входит Башка, изображающий Помпея.
Башка
«Вот я, Помпей...»
Бойе
А мы полны сомнений.
Башка
«Вот я, Помпей...»
Бойе
С пантерой на колене.
Бирон
Недурно сказано, старый шутник! Поневоле приходится с тобой дружить!
Башка
«Вот я, Помпей, что прозван был Огромным».
ДМББ
Дюмен
Великим.
Башка
Совершенно верно, сударь, Великим...
«...Помпей, что прозван был Великим;
С копьем в руке я истреблял врага в сраженье диком.
Придя сюда издалека, счастливей быть не мог,
Как вот теперь, сложив копье у девичьих у ног».
Если ваша милость скажет мне: «Спасибо, Помпей», то моя роль окончена.
«...Помпей, что прозван был Великим;
С копьем в руке я истреблял врага в сраженье диком.
Придя сюда издалека, счастливей быть не мог,
Как вот теперь, сложив копье у девичьих у ног».
Если ваша милость скажет мне: «Спасибо, Помпей», то моя роль окончена.
Принцесса
Великому Помпею — великое спасибо.
Башка
Ну, такого великого я не стою. Но надеюсь, что не сплоховал. Вот на «великом» немного спутался.
Бирон
Ставлю свою шляпу против полупепса, что Помпей окажется лучшим из героев.
Входит отец Нафанаил, изображающий Александра.
Нафанаил
«Когда я в мире жил, я этим миром правил,
На север, юг, восток и запад власть простер.
Мои герб везде гласит, что Алисандр прославил...»
На север, юг, восток и запад власть простер.
Мои герб везде гласит, что Алисандр прославил...»
Бойе
Ваш нос гласит не то: уж слишком он остер.
Бирон
И вы своим узнали? Ваш нос на это скор.
Принцесса
Смущен завоеватель. Ну, добрый Александр!
Нафанаил
«Когда я в мире жил, я этим миром правил...»
Бойе
И имя Алисандра тем прославил.
Бирон
Помпей Великий!
Башка
Он же и Башка, к вашим услугам.
Бирон
Уведи-ка прочь завоевателя, уведи Алисандра.
(Нафанаилу)
Башка
Ну, сударь, совсем вы провалили Алисандра. Теперь снимут с вас ваши
пестрые доспехи; вашего льва, который расселся со своей алебардой на
стульчаке, отдадут Аяксу, девятому герою. Завоеватель, а двух слов сказать
не умеет. Беги куда-нибудь от стыда, Алисандр!
Уходит Нафанаил.
Башка
Ведь он, если вам угодно знать, до смешного тихий человек и порядочный
человек, как посмотреть, а сбить его ничего не стоит, Право, он превосходный
сосед и прекрасно играет в шары, но для Алисандра, — увы! — как сами видите,
мало годится. Но следующие герои будут говорить совсем по-другому.
Принцесса
Отойди в сторону, любезный Помпей.
Входят Олоферн, изображающий Иуду, и Мотылек, изображающий Геркулеса.
Олоферн
«Се — Геркулес в своем отроческом теле.
Им Цербер побежден, трехглавый canus,
Но от младых ногтей, от колыбели
Он змей душил вот этой самой manus.
Quoniam он покуда в малолетстве,
Ergo, взял на себя я труд приветствий».
Им Цербер побежден, трехглавый canus,
Но от младых ногтей, от колыбели
Он змей душил вот этой самой manus.
Quoniam он покуда в малолетстве,
Ergo, взял на себя я труд приветствий».
(Мотыльку)
Олоферн
Соблюдай достоинство в своем уходе и исчезай.
Мотылек отходит в сторону.
Олоферн
«Иуда я...»
Дюмен
Иуда!
Олоферн
Не Искариотский, сударь...
«Иуда я, зовомый Маккавеем».
«Иуда я, зовомый Маккавеем».
Дюмен
Отбрось Маккавея — все равно останется Иуда.
Бирон
Предательский лобзатель, как это ты сделался Иудой?
Олоферн
«Иуда я...»
Дюмен
Тем хуже для тебя, Иуда.
Олоферн
Что вы этим хотите сказать, сударь?
Бойе
Пускай Иуда повесится.
Олоферн
За вами первая очередь: вы — старше.
Бирон
Недурно. Иуда повесится вторым.
Олоферн
Я не позволю, чтобы касались моей личности.
Бирон
У тебя нет никакой личности.
Олоферн
А это что?
Бойе
Головка на цитре.
Дюмен
Головка от булавки.
Бирон
Адамова голова на печатке.
Лонгвиль
Стертая голова на старинной римской монете.
Бойе
Рукоятка цезарева меча.
Дюмен
Рожа, вырезанная на солдатской лядунке.
Бирон
Полщеки святого Георгия на пряжке.
Дюмен
Да еще на оловянной.
Бирон
Такой, что носит зубодер на шляпе.
Ну, дальше личности мы не коснемся.
Ну, дальше личности мы не коснемся.
Олоферн
Вы у меня отняли всякую личность.
Бирон
Напротив, мы тебе надавали сколько угодно.
Олоферн
И все это для оскорбления личности.
Бирон
Будь ты не Иу-да, а Иу-нет, — и то должен был бы снести.
Бойе
А так как ты Иу-да, то ступай с миром. Прощай, Иудушка! Ну, что же ты
стоишь?
Дюмен
Иди и докончи, что Иуде полагается.
Бирон
Иу-да на все должен соглашаться. Ну, в путь!
Олоферн
Все это грубо, глупо, зло, надменно!
ФПБ
Бирон
Огня! Темно. Споткнется непременно.
Принцесса
Несчастный Маккавей! Забит совсем!
Входит Армадо, изображая Гектора.
Бирон
Спрячь голову, Ахилл; идет вооруженный Гектор.
Дюмен
Пускай: себе же на голову, но я хочу позабавиться.
Король
Настоящий Гектор по сравнению с этим был самый обыкновенный троянец.
Бойе
Разве это Гектор?
Король
Гектор был не так хорошо сложен.
Лонгвиль
Ноги для Гектора слишком толсты.
Дюмен
Особенно в икрах.
Бойе
Нет, тот был гораздо тщедушнее.
Бирон
Это не может быть Гектор.
Дюмен
Это — или бог или художник, — он все время делает рожи!
Армадо
«Воинствующий Марс, владыка грозных пик,
Дал Гектору...»
Дал Гектору...»
Дюмен
Золоченый орех.
Бирон
Лимон.
Лонгвиль
С гвоздикой.
Дюмен
Нет, просто с гвоздями.
Армадо
Внимание!
«Воинствующий Марс, владыка грозных пик,
Дал Гектору, герою Илиона,
Такую крепость сил, что драться он привык
Без устали до солнечного склона.
Я — тот цветок...»
«Воинствующий Марс, владыка грозных пик,
Дал Гектору, герою Илиона,
Такую крепость сил, что драться он привык
Без устали до солнечного склона.
Я — тот цветок...»
Дюмен
Шиповник.
Лонгвиль
Мята.
Армадо
Дорогой Лонгвиль, обуздай свой язык.
Лонгвиль
Наоборот, я должен был бы его разнуздать, раз ему надлежит угнаться за
Гектором.
Дюмен
А Гектор — гончая собака.
Армадо
Славный воитель умер и истлел. Дорогие детки, не ворошите останков его
праха. Пока в нем сохранялось дыхание, он был настоящим человеком. — Но я
буду продолжать свою роль. (Принцессе) Драгоценная принцесса, королевское
величество, преклони ко мне свое чувство слуха.
Принцесса
Говорите, храбрый Гектор, вы нам доставите удовольствие.
Армадо
Я обожаю туфлю твоей драгоценной светлости!
(тихо Дюмену)
Бойе
Его любовь начинается с пяток.
(тихо Бирону)
Дюмен
И до главного дойти не смеет.
Армадо
«Сей Гектор превосходит Ганнибала...»
Башка
Приятель Гектор, дело плохо. Эй, плохо. Уже два месяца, как дело в походе.
Армадо
Что ты хочешь сказать?
Башка
Ей-богу, если вы не изобразите честного троянца, бедная бабенка
пропадет; она на сносях, ребенок уже пучится у нее в животе, и он от вас.
Армадо
Ты диффамацируешь меня перед высоким собранием? Ты достоин
смерти.
Башка
А Гектор будет достоин порки за Жакнету, которая родит от него,
виселицы за Помпея, который принял смерть от него.
Дюмен
Несравненный Помпей!
Бойе
Дивный Помпей!
Бирон
Величайший из великих, превеликий Помпей! Гигантский Помпей!
Дюмен
Гектор трепещет.
Бирон
Помпей распалился. Сюда, Ата! Трави их, трави!
Дюмен
Гектор вызовет его на поединок!
Бирон
Да, если в нем найдется крови блохе на ужин.
Армадо
Северным полюсом вызываю тебя на бой.
Башка
Ни с полюсом ни с подлецом я воевать не желаю. Я хочу драться на шпагах! Пожалуйста, верните мне мое оружие.
Дюмен
Место для распалившихся героев!
Башка
Я буду драться в одной рубахе.
Дюмен
Отважный человек — Помпей!
Мотылек
Хозяин, позвольте мне вас расстегнуть. Вы видите, что Помпей для поединка разоблачается? Неужели вы уроните свою репутацию?
Армадо
Господа и воины, извините меня, я не хочу сражаться в рубашке.
Дюмен
Вам нельзя отказываться: вызов сделан Помпеем.
Армадо
Драгоценные мои, мое желание совпадает с моими возможностями.
Бирон
Какие у вас имеются причины к этому?
Армадо
Голая правда, что у меня нет рубашки, — я надеваю шерстяной камзол
прямо на голое тело, как власяницу.
МБДШБ
Бойе
Совершенно верно. Эту эпитимью наложили на него в Риме за неимением у него белья. С тех пор, могу поклясться, он никогда не надевал белья, за исключением кухонной тряпки Жакнеты, которую он носит на сердце как память.
Входит Меркад.
Меркад
Привет, принцесса.
Принцесса
Добро пожаловать,
Хоть ты и прерываешь представленье.
Хоть ты и прерываешь представленье.
Меркад
Мне это очень жаль; к тому же весть,
Что я несу, печальна. Ваш родитель...
Что я несу, печальна. Ваш родитель...
Принцесса
МеркадМне это очень жаль; к тому же весть, что я несу, печальна. Ваш родитель...
Он умер? Боже!
Меркад
Да, король скончался.
ФПРМБКФ
Бирон
Герои, скройтесь. Нависают тучи.
Армадо
Что касается меня, то я вздыхаю свободно. Сквозь щелку мудрости
взглянул я на день печали и теперь отомщу за себя как солдат.
Уходят герои.
Король
Принцесса, легче вам?
Принцесса
Бойе, готовьтесь! Еду в эту ночь.
Король
Я умоляю вас повременить.
Принцесса
Готовьтесь, слышите? — Благодарим вас,
Хозяева любезные, за ласку
И просим вас найти довольно силы
В богатой мудрости, чтоб извинить
За резкие, упрямые насмешки.
И если мы в беседе нашей были
Дерзки, виной тому — любезность ваша.
Прощайте, государь. В душе печальной
Мне не найти приятных, милых слов.
Простите, что благодарю вас скупо
За исполнение столь важной просьбы.
Хозяева любезные, за ласку
И просим вас найти довольно силы
В богатой мудрости, чтоб извинить
За резкие, упрямые насмешки.
И если мы в беседе нашей были
Дерзки, виной тому — любезность ваша.
Прощайте, государь. В душе печальной
Мне не найти приятных, милых слов.
Простите, что благодарю вас скупо
За исполнение столь важной просьбы.
Король
В последнюю минуту иногда
Поспешно разрешаются вопросы,
И часто то, что нам казалось шатким,
Вдруг укрепляется таким решеньем.
Конечно, мрачный траур по отце
Не допускает мысли о любви
И об ее чистейших устремленьях;
Но раз она на путь прямой вступила,
Пускай печали облака от цели
Ее не отвлекут. Друзей потерю
Оплакивать не более разумно,
Чем радоваться вновь приобретенным.
Поспешно разрешаются вопросы,
И часто то, что нам казалось шатким,
Вдруг укрепляется таким решеньем.
Конечно, мрачный траур по отце
Не допускает мысли о любви
И об ее чистейших устремленьях;
Но раз она на путь прямой вступила,
Пускай печали облака от цели
Ее не отвлекут. Друзей потерю
Оплакивать не более разумно,
Чем радоваться вновь приобретенным.
Принцесса
От горя что-то вас не понимаю.
Бирон
Чем проще речь, тем в горе нам понятней,
И короля вам надо бы понять.
Ведь ради вас мы тратили здесь время,
Презрели клятву; ваша красота
Нас исказила, изменив характер,
К нежданному концу сведя все планы:
Вот почему казались мы смешными.
Любовь полна порывов самых странных,
Капризна, как дитя, дика, безумна;
Из глаз родится и сама — как глаз:
Родит причудливые тени, формы,
Меняя их, как может измениться
Предмет от перемены точки зренья;
И если мы в наряде шутовском
Могли небесным взорам показаться
Лишенными серьезности и чести, —
Виновны ваши взоры, что, ошибки
В нас видя, тем же их и породили.
Коль вам любовь принадлежит, то вам же —
И заблуждения любви. Мы клятву
Нарушили, чтоб верность соблюсти
Тем, кто заставил это сделать, — вам —
Неверность эта, хоть она и зло,
Себя очистив, делается благом.
И короля вам надо бы понять.
Ведь ради вас мы тратили здесь время,
Презрели клятву; ваша красота
Нас исказила, изменив характер,
К нежданному концу сведя все планы:
Вот почему казались мы смешными.
Любовь полна порывов самых странных,
Капризна, как дитя, дика, безумна;
Из глаз родится и сама — как глаз:
Родит причудливые тени, формы,
Меняя их, как может измениться
Предмет от перемены точки зренья;
И если мы в наряде шутовском
Могли небесным взорам показаться
Лишенными серьезности и чести, —
Виновны ваши взоры, что, ошибки
В нас видя, тем же их и породили.
Коль вам любовь принадлежит, то вам же —
И заблуждения любви. Мы клятву
Нарушили, чтоб верность соблюсти
Тем, кто заставил это сделать, — вам —
Неверность эта, хоть она и зло,
Себя очистив, делается благом.
Принцесса
Пришли от вас любовные посланья,
Пришли дары, посланники любви,
Но мы на нашем девичьем совете
Сочли их за любезности, за шутку,
За кружева, чтоб нарядить досуг.
Серьезности мы не вложили в это;
И потому на вашу всю любовь
Ответили в таком же тоне шуткой.
Пришли дары, посланники любви,
Но мы на нашем девичьем совете
Сочли их за любезности, за шутку,
За кружева, чтоб нарядить досуг.
Серьезности мы не вложили в это;
И потому на вашу всю любовь
Ответили в таком же тоне шуткой.
Дюмен
А письма были вовсе не для шутки.
Лонгвиль
И взоры наши...
Розалина
Мы не догадались.
Король
Ну, так в последний час нас удостойте
Своей любовью.
Своей любовью.
Принцесса
Времени нехватит,
Чтоб сделку нам навеки заключить.
Нет, ваша светлость, преступивши клятву,
Вы тяжко провинились; потому,
Коль любите меня и коль любовь
Хотите доказать, вот что скажу вам:
Мне клятв не надо, но без промедленья
В приют заброшенный уединитесь,
От всякого веселья удалитесь;
Там вы пробудете, пока свой круг
Не совершат все знаки зодиака.
И если строгая, простая жизнь
Не переменит пылкого желанья,
Когда ни пост, ни холод, ни нужда
Цветка любви веселой не подкосят,
А тем же выйдет он из испытанья, —
Тогда, тогда, по истеченье года
Приди, и вызови меня, и требуй, —
И этой девственной рукой клянуся:
Твоею буду. Я ж с минуты этой,
Печальная, сокроюсь в мрачном доме,
Потоки слез горючих проливая
И вспоминая об отце умершем.
Не хочешь ты, — сейчас же руки врозь,
Чтоб быть в долгу у сердца не пришлось.
Чтоб сделку нам навеки заключить.
Нет, ваша светлость, преступивши клятву,
Вы тяжко провинились; потому,
Коль любите меня и коль любовь
Хотите доказать, вот что скажу вам:
Мне клятв не надо, но без промедленья
В приют заброшенный уединитесь,
От всякого веселья удалитесь;
Там вы пробудете, пока свой круг
Не совершат все знаки зодиака.
И если строгая, простая жизнь
Не переменит пылкого желанья,
Когда ни пост, ни холод, ни нужда
Цветка любви веселой не подкосят,
А тем же выйдет он из испытанья, —
Тогда, тогда, по истеченье года
Приди, и вызови меня, и требуй, —
И этой девственной рукой клянуся:
Твоею буду. Я ж с минуты этой,
Печальная, сокроюсь в мрачном доме,
Потоки слез горючих проливая
И вспоминая об отце умершем.
Не хочешь ты, — сейчас же руки врозь,
Чтоб быть в долгу у сердца не пришлось.
Король
Коль не пойду на это испытанье
Иль на сильнейшее, — себя щадя, —
Пусть смерть скует нежданно мне дыханье.
Моей душой владеешь ты, не я.
Иль на сильнейшее, — себя щадя, —
Пусть смерть скует нежданно мне дыханье.
Моей душой владеешь ты, не я.
Бирон
А мне что скажешь, милая? А мне?
Розалина
Вы тоже искупить должны грехи:
В обмане вы грешны и вероломстве.
Итак, когда любви моей хотите,
Без отдыха вы целый год должны
Ухаживать в больнице за больными.
В обмане вы грешны и вероломстве.
Итак, когда любви моей хотите,
Без отдыха вы целый год должны
Ухаживать в больнице за больными.
Дюмен
А мне что скажешь, милая? А мне?
Наш брак?
Наш брак?
Катерина
Здоровье, борода и честность:
С тройной любовью трех вещей желаю.
С тройной любовью трех вещей желаю.
Дюмен
И можно звать за это «милой женкой»?
Катерина
О, нет! Я буду целый год со днем
От всех влюбленных — «на уши — замочек».
Поженятся принцесса с королем, —
Тогда и я вам дам любви кусочек.
От всех влюбленных — «на уши — замочек».
Поженятся принцесса с королем, —
Тогда и я вам дам любви кусочек.
Дюмен
Я буду верой-правдой вам служить.
Катерина
Лишь не клянитесь, чтоб не согрешить.
Лонгвиль
А вы, Мария?
Мария
Годик вот пройдет, —
Сниму я траур, и дружок придет.
Сниму я траур, и дружок придет.
Лонгвиль
Я подожду, хотя и долог срок,
Мария
Подстать вам, долговязый мой дружок.
Бирон
Задумались? Взгляните на меня:
В моих глазах, как через окна сердца,
Увидите смиренную мольбу
Узнать, чем я любовь добуду вашу.
В моих глазах, как через окна сердца,
Увидите смиренную мольбу
Узнать, чем я любовь добуду вашу.
Розалина
Я много слышала о вас, Бирон,
Еще когда мы не были знакомы.
Сужденье всех о вас — что вы насмешник,
Изобретатель прозвищ и сравнении
Обидных, что пощады ждать нельзя
Тому, кто к вам попал на язычок.
Так выполоть ваш ум богатый надо.
И вот, когда добыть меня хотите, —
А иначе меня вам не добыть, —
Вы проведете ровно целый год
С больными, что лежат без языка,
Ведя беседу с калечью ворчливой,
И вся задача ваша будет в том,
Чтоб вызвать на уста больных улыбку.
Еще когда мы не были знакомы.
Сужденье всех о вас — что вы насмешник,
Изобретатель прозвищ и сравнении
Обидных, что пощады ждать нельзя
Тому, кто к вам попал на язычок.
Так выполоть ваш ум богатый надо.
И вот, когда добыть меня хотите, —
А иначе меня вам не добыть, —
Вы проведете ровно целый год
С больными, что лежат без языка,
Ведя беседу с калечью ворчливой,
И вся задача ваша будет в том,
Чтоб вызвать на уста больных улыбку.
Бирон
РозалинаВы проведете ровно целый год с больными, что лежат без языка.
Как, дикий смех извлечь из пасти смерти?
Я не могу! Да это невозможно!
Нельзя веселым стать при агонии.
Я не могу! Да это невозможно!
Нельзя веселым стать при агонии.
Розалина
Таким путем смирится страсть к насмешкам.
Ей власть дается милостью пустою
Глупцов, что хвалят хохот остряка.
Удачу шуткам придает лишь слух
Того, кто слушает, а не слова
Того, кто говорит. И вот, когда
Больной, от стонов собственных оглохший,
Захочет слушать вздор, вы продолжайте, —
И вас приму я с вашим недостатком.
А если нет, — избавьтесь от него,
И я вас встречу уж без недостатка,
Приветствуя такую перемену.
Ей власть дается милостью пустою
Глупцов, что хвалят хохот остряка.
Удачу шуткам придает лишь слух
Того, кто слушает, а не слова
Того, кто говорит. И вот, когда
Больной, от стонов собственных оглохший,
Захочет слушать вздор, вы продолжайте, —
И вас приму я с вашим недостатком.
А если нет, — избавьтесь от него,
И я вас встречу уж без недостатка,
Приветствуя такую перемену.
Бирон
На целый год! Согласен. Как тут быть?
Пойду в больницы на год я острить.
Пойду в больницы на год я острить.
РДКФ
(Королю)
Принцесса
Итак, мой государь, проститься надо.
Король
Вы нам позволите вас проводить?
Конец совсем другой бы должен быть,
Как в фарсах: Жанну получает Жак;
А дамы все устроили не так.
Как в фарсах: Жанну получает Жак;
А дамы все устроили не так.
Король
Но это не отказ, а промедленье
Всего на год.
Всего на год.
Бирон
Затянет представленье.
Входит Армадо.
Армадо
Дражайший государь, дозвольте...
Принцесса
Не Гектор ли это?
Дюмен
Славный троянский герой.
Армадо
Я желаю облобызать ваши монаршие персты и откланяться. Я связан обетом.
Я обещал Жакнете за дражайшую любовь ее ходить за плугом три года. А теперь,
ваше высокоуважаемое величество, не соблаговолите ли вы выслушать диалог,
составленный двумя учеными мужами в похвалу сове и кукушке? Это могло бы
служить заключением нашего представления.
ЖШББ
Король
Охотно. Зови их скорее.
Армадо
Эй! Сюда!
Входят Олоферн, Нафанаил, Мотылек, Башка и другие.
Армадо
С этой стороны — Hiems, Зима, с той — Ver, Весна. Одна представлена
совой, другая кукушкой. Ver, начинай.
ВЕСНА
Когда нарцисс, когда вьюнок,
Фиалочки, и дикий лук,
И львиный зев, и желтый дрок,
И лютики покроют луг, —
Кукушкой же заведено
Твердить мужьям всегда одно:
Ку-ку!
Не очень мил женатым он.
Ку-ку! Ку-ку! Опасный стон.
Когда пастух дудит дудой,
А птицы к пашне встать велят,
И дрозд, и грач, и галок рой,
А девушки белье белят, —
Кукушкой же заведено
Твердить мужьям всегда одно:
Ку-ку!
Не очень мил женатым он.
Ку-ку! Ку-ку! Опасный стон.
Фиалочки, и дикий лук,
И львиный зев, и желтый дрок,
И лютики покроют луг, —
Кукушкой же заведено
Твердить мужьям всегда одно:
Ку-ку!
Не очень мил женатым он.
Ку-ку! Ку-ку! Опасный стон.
Когда пастух дудит дудой,
А птицы к пашне встать велят,
И дрозд, и грач, и галок рой,
А девушки белье белят, —
Кукушкой же заведено
Твердить мужьям всегда одно:
Ку-ку!
Не очень мил женатым он.
Ку-ку! Ку-ку! Опасный стон.
ЗИМА
Когда в сосульках весь забор,
В кулак подув, пастух идет,
И тащит Том дрова на двор,
А сливки в ведрах — что твой лед,
На тропках — грязь, мороз — горит, —
Уставив глаз, сова кричит:
У-ху!
У-хи, у-ху! — поет, звучит;
У жирной Дженни суп кипит.
Когда буран в трубе завыл
И кашель у попа съел речь,
В снегу рой птиц сидит уныл,
И Дженни нос румян, как печь,
И яблок на огне трещит, —
Уставив глаз, сова кричит:
У-ху!
У-хи, у-ху!-поет, звучит;
У жирной Дженни суп кипит.
В кулак подув, пастух идет,
И тащит Том дрова на двор,
А сливки в ведрах — что твой лед,
На тропках — грязь, мороз — горит, —
Уставив глаз, сова кричит:
У-ху!
У-хи, у-ху! — поет, звучит;
У жирной Дженни суп кипит.
Когда буран в трубе завыл
И кашель у попа съел речь,
В снегу рой птиц сидит уныл,
И Дженни нос румян, как печь,
И яблок на огне трещит, —
Уставив глаз, сова кричит:
У-ху!
У-хи, у-ху!-поет, звучит;
У жирной Дженни суп кипит.
Армадо
Слова Меркурия грубы после песен Аполлона. А теперь разойдемся в разные стороны.
ПМШБО
Уходят.