Труженики моря

XVI

Жилльят не позаботился снять со своей постели множество камешков, довольно острых, которые очень мешали ему спать, и несмотря на все это, он спал крепко.

Иногда он, впрочем, просыпался и, открыв глаза, слышал громкие залпы. Поднимающееся море входило в отверстия скалы с шумом, напоминающим пушечные выстрелы.

Среда, окружавшая Жилльята, была необычайна, как видение. Ночь удваивала впечатление, и Жилльяту казалось, что он видит сон.

Потом он снова засыпал и во сне видел себя в Бю-де-ла-Рю, в Браве, в Сен-Сампсоне; слышал пение Дерюшетты; то была действительность. Когда он спал, ему казалось, что он не спит и живет; когда просыпался, ему казалось, что он спит и грезит.

Около половины ночи в небе раздался странный гул. Жилльят сохранял во сне смутное сознание, что это, вероятно, занимался ветер. Он приоткрыл веки и увидал, что на зените висели большие тучи; луна убегала, а за нею следом катилась какая-то крупная звезда.

Голова у Жилльята была полна смутных снов, и преувеличение грез преувеличивало и странные картины ночи.

На рассвете он окостенел от холода и заснул глубоким сном.

Резкость зари вызвала его из этого усыпления, быть может опасного.

Он зевнул, потянулся и выскочил из своей ямы.

Он так заспался, что сперва ничего не мог понять.

Мало-помалу сознание действительности возвратилось к нему до такой степени, что он вскрикнул: "Позавтракаем!"

Погода была тихая, небо холодное и ясное, туч как не бывало, ночь вымела горизонт, солнце вставало весело. Второй благоприятный день.

Жилльят снял плащ и наколенники, ввернул их в баранью шкуру, убрал постель, спустился по веревке на палубу "Дюранды" и побежал к нише, где вчера оставил корзину с провизией. Но увы! Ее там уже не было! Так как она стояла очень близко к краю, то ночной ветер сбросил ее в море.

Жилльяту оставались только сухари, да мука, да раковины, которыми питался несчастный умерший с голоду на скале, куда его забросила буря после погибели корабля.

О рыбной ловле нечего было и думать. Рыба боится бурунов; верши и большие невода совершенно бесполезны на подводных рифах: они только рвут сети.

Жилльят позавтракал несколькими морскими вшами, отделив их с большим трудом от скалы. Он чуть не сломал на них ножа.

Во время этого скудного завтрака он услышал странный шум на море. И посмотрел.

Стая ласточек и чаек ринулась на одну из скал, хлопая крыльями, кувыркаясь и крича наперерыв. Все шумно кишели на одном месте. Все клювы и когти старались разорвать что-то.

Это нечто — было корзинка Жилльята.

Корзинка, брошенная ветром на острую скалу, разорвалась. Птицы слетелись. Каждая из них захватила в клюв по обрывку. Жилльят издали узнал свою жареную говядину и сушеную рыбу.

Птицы вступали в борьбу в свою очередь. Они отмстили по-своему. Жилльят отнял у них квартиру; они отняли у него ужин.