Труженики моря

XXVII

Ему послышалось вдали что-то слабое, не невнятное, — что-то похожее на гром.

Он стал вслушиваться. Отдаленный шум возобновился. Жилльят тряхнул головой, как человек, знающий в чем дело.

Через несколько минут он был на другом краю прохода, у восточного выхода, и принялся вбивать огромные гвозди в гранит по обе стороны прохода, как он сделал в Дуврах.

Трещины этих скал были приготовлены заранее и снабжены деревянными клиньями. Так как с этой стороны скала была сильно попорчена, трещин было много, и Жилльят имел возможность набить гораздо больше гвоздей, чем у входа в Дувры.

Вдруг фосфорический свет угас. Точно его кто-нибудь задул; его сменили сумерки, с минуты на минуту более светлые.

Вбив гвозди, Жилльят принялся таскать бревна, веревки, цепи, и, не отводя глаз от работы, не рассеиваясь ни на минуту, он принялся строить в узеньком канале решетчатую изгородь, принятую в настоящее время наукою и называемую волноразбивательным снарядом.

Между тем солнце встало, совершенно ясно. Небо было чисто, море спокойно.

Жилльят спешил. Он был тоже спокоен, но в поспешности его проглядывала тревога.

Он быстро переходил от скалы к скале, от вновь воздвигаемой изгороди в кладовую. Тут обнаружилась польза запаса разных корабельных обломков. Очевидно, что Жилльяту предстояла встреча с случайностью, которую он имел в виду.

Он передвигал балки толстой железной полосой, заменявшей ему рычаг.

Дело слаживалось так быстро, что казалось, будто оно не строилось, а росло.

Утвердив первые перекладины волнорезки, Жилльят взобрался на них и стал слушать.

Отдаленный шум становился явственнее.

Жилльят продолжал строить, погрызывая понемногу сухарь. Ему хотелось пить, но у него не было больше пресной воды. Он выпил остатки за ужином, накануне.

Он нагородил еще четыре или пять перекладин, снова взлез на них и стал слушать.

Шум на горизонте смолк. Все было тихо.

Море было спокойно и величаво. На горизонте тянулась длинная черная нить перелетных птиц. Они летели быстро и направлялись к земле. Они точно бежали от чего-нибудь.

Жилльят принялся доканчивать волнорезку.

Он сделал ее как можно выше, как только позволял выгиб скал.

Около полудня солнце показалось ему жарче, чем следовало бы. Полдень — критический час дня. Жилльят взобрался на самый верх выстроенной изгороди и принялся разглядывать даль.

Море было больше чем спокойное, оно было неподвижно. На горизонте ни одного паруса. Небо всюду ясно, только синева побелела. Эта бледность была какая-то странная. На западе показалось маленькое зловещее пятнышко. Оно не двигалось с места, но росло. В бурунах вода легонько вздрагивала.

Хорошо, что Жилльят догадался сделать волнорезку.

Близилась буря.

Бездна решилась дать сражение.