Начало июля было очень жарким. В один из дней юные приятели купались в обмелевшей речке.
— Скоро наша речонка совсем пересохнет, — сказал Сэм, барахтаясь в мелкой воде.
— А почему бы нам не устроить плотину? — предложил Ян.
— Слишком много работы, — лениво проворчал Сэм.
— Зато будем купаться все лето. Давай попытаемся?
— Я никогда не слышал, чтобы индейцы устраивали плотины!
— А мы будем играть в бобров! — стоял на своем Ян. — Гляди, я начинаю.
Сэм придирчиво следил за его работой.
— Знаешь что, Ян? — вдруг встрепенулся он. — Я придумал кое-что получше. Сюда ведь гоняют скот на водопой. Когда речка пересыхает, бедным животинам приходится возвращаться домой и пить из корыта. А воду-то из колодца приходится качать мне! Если перебросить через речку два больших бревна, то главная часть запруды будет готова. Тогда и скоту будет хороший водопой, и нам прекрасное купание. Давай попросим отца помочь нам с бревнами...
Удобный случай поговорить о задуманном с мистером Рафтеном представился на следующее утро. Вся семья сидела за завтраком, и Рафтен вдруг спросил:
— Ян, если комната двадцати футов длины и пятнадцати ширины, то сколько понадобится клеенки на обивку стен?
— Тридцать три с третью ярда, — немного подумав, ответил мальчик.
Рафтен изумился: как можно так быстро вычислить это в уме? Но когда Ян доказал ему это простым умножением, Рафтен убедился, что мальчик был прав.
— Вот что значит образование! — воскликнул Рафтен, с удовольствием глядя на Яна. — А ты мог бы сделать эти вычисления так же? — обратился он к сыну.
— Нет, — ответил тот и не без иронии прибавил: — Дантисту едва ли это понадобится.
Рафтен не обратил внимания на замечание сына и продолжал беседовать с Яном о разных "ученых" предметах. Мальчик воспользовался этой благоприятной минутой:
— Мистер Рафтен, речка почти совсем пересохла. Надо бы сделать плотину, чтобы можно было поить скот. Вы не позволите нам взять два бревна? Кроме того, нам понадобится...
— А не хлопочешь ли ты главным образом о купании? — перебил с добродушной улыбкой Рафтен.
— И для купания это будет неплохо, — откровенно проговорил мальчик.
— Ладно, пойдемте к реке, посмотрим.
Они пришли к той излучине речки, где Ян начал сооружать плотину из камней. Рафтен окинул место опытным взглядом:
— Нет, здесь плотину делать нельзя: течение слишком быстрое, и плотину прорвет раньше, чем поднимется вода. А вот здесь хоть и пошире, зато поспокойнее. Хорошо, я пришлю вам все, что нужно. Посмотрим, что у вас выйдет.
Вскоре с помощью работников два бревна были переброшены с одного берега на другой, после чего юные строители принялись уже за работы одни.
Бревна, по указанию Яна, были положены на расстоянии четырех футов одно от другого. Мальчики укрепили бревна кольями, а образовавшееся пустое пространство между ними принялись заполнять камнями и глиной. Строители рассчитывали поднять плотину выше воды, поэтому работа шла очень медленно, заняв почти неделю.
Оставалось только закрыть шлюз в плотине. Это оказалось делом не совсем легким, ввиду высокого уровня поднявшейся воды, но энергичные строители работали в воде, как бобры, и в конце концов добились своего: плотина вышла на славу.
Ночью прошел сильный дождь, и следующим утром, подходя к реке, мальчики услышали глухой шум.
— Вода бежит через плотину! — радостно воскликнул Ян. — Идем скорее, Сэм!
И они пустились бегом к речке. Добравшись до плотины, они увидели довольно большое пространство, наполненное водой в том месте, где раньше была каменистая мель. Сильный поток шумно бежал, стремясь в оставленное для него место посередине плотины. Восторгу строителей не было предела. Через минуту оба уже барахтались в воде.

Запруда получилась на несколько десятков футов в длину и в ширину, а глубина ее в одном месте доходила до пяти футов, что было вполне достаточно для подростков.
— Ну, разве не стоило потрудиться, чтобы получить такое удовольствие? — говорил Ян, с наслаждением ныряя в свежей и чистой воде.
— Недурно получилось, — добродушно проворчал Сэм. — Пожалуй, я буду называть тебя Бобром.
— А я тебя — Дятлом, потому что ты больше любишь стучать топором, нежели копать...
— Это мое школьное прозвище. За рыжие волосы товарищи прозвали меня Красноголовым Дятлом.
Накупавшись вволю, мальчики уселись перед огнем в своем типи.
— Эх, хотел бы я пожить в лесу, но только чтобы у меня было ружье, а вокруг имелась бы дичь... — размечтался Сэм.
— Знаешь что, Сэм? — воскликнул Ян. — До сих пор мы только играли в индейцев. Давай теперь сделаемся ими на самом деле и дадим себе какие-нибудь прозвища. Я, например, назовусь Бобром, а ты?
— А я — Вечерней Грозовой Тучей...
— Ну, это слишком длинно! Назовись как-нибудь покороче.
— А какой самый хитрый зверь на свете, не знаешь?
— Говорят, росомаха...
— А она может сладить с бобром?
— Наверняка!
— Ну, так я буду Росомахой...
— Э, нет, я на это не могу согласиться: как же дружить с тем, кто каждую минуту может меня задушить? Тебя прозвали Дятлом, вот и оставайся с этим прозвищем, оно тебе очень подходит...