Настройки

A
A

Маленькие дикари

Эрнест Сетон-Томпсон

Глава 9. Плотина

Начало июля было очень жарким. В один из дней юные приятели купались в обмелевшей речке.

— Скоро наша речонка совсем пересохнет, — сказал Сэм, барахтаясь в мелкой воде.

— А почему бы нам не устроить плотину? — предложил Ян.

— Слишком много работы, — лениво проворчал Сэм.

— Зато будем купаться все лето. Давай попытаемся?

— Я никогда не слышал, чтобы индейцы устраивали плотины!

— А мы будем играть в бобров! — стоял на своем Ян. — Гляди, я начинаю.

Сэм придирчиво следил за его работой.

— Знаешь что, Ян? — вдруг встрепенулся он. — Я придумал кое-что получше. Сюда ведь гоняют скот на водопой. Когда речка пересыхает, бедным животинам приходится возвращаться домой и пить из корыта. А воду-то из колодца приходится качать мне! Если перебросить через речку два больших бревна, то главная часть запруды будет готова. Тогда и скоту будет хороший водопой, и нам прекрасное купание. Давай попросим отца помочь нам с бревнами...

Удобный случай поговорить о задуманном с мистером Рафтеном представился на следующее утро. Вся семья сидела за завтраком, и Рафтен вдруг спросил:

— Ян, если комната двадцати футов длины и пятнадцати ширины, то сколько понадобится клеенки на обивку стен?

— Тридцать три с третью ярда, — немного подумав, ответил мальчик.

Рафтен изумился: как можно так быстро вычислить это в уме? Но когда Ян доказал ему это простым умножением, Рафтен убедился, что мальчик был прав.

— Вот что значит образование! — воскликнул Рафтен, с удовольствием глядя на Яна. — А ты мог бы сделать эти вычисления так же? — обратился он к сыну.

— Нет, — ответил тот и не без иронии прибавил: — Дантисту едва ли это понадобится.

Рафтен не обратил внимания на замечание сына и продолжал беседовать с Яном о разных "ученых" предметах. Мальчик воспользовался этой благоприятной минутой:

— Мистер Рафтен, речка почти совсем пересохла. Надо бы сделать плотину, чтобы можно было поить скот. Вы не позволите нам взять два бревна? Кроме того, нам понадобится...

— А не хлопочешь ли ты главным образом о купании? — перебил с добродушной улыбкой Рафтен.

— И для купания это будет неплохо, — откровенно проговорил мальчик.

— Ладно, пойдемте к реке, посмотрим.

Они пришли к той излучине речки, где Ян начал сооружать плотину из камней. Рафтен окинул место опытным взглядом:

— Нет, здесь плотину делать нельзя: течение слишком быстрое, и плотину прорвет раньше, чем поднимется вода. А вот здесь хоть и пошире, зато поспокойнее. Хорошо, я пришлю вам все, что нужно. Посмотрим, что у вас выйдет.

Вскоре с помощью работников два бревна были переброшены с одного берега на другой, после чего юные строители принялись уже за работы одни.

Бревна, по указанию Яна, были положены на расстоянии четырех футов одно от другого. Мальчики укрепили бревна кольями, а образовавшееся пустое пространство между ними принялись заполнять камнями и глиной. Строители рассчитывали поднять плотину выше воды, поэтому работа шла очень медленно, заняв почти неделю.

Оставалось только закрыть шлюз в плотине. Это оказалось делом не совсем легким, ввиду высокого уровня поднявшейся воды, но энергичные строители работали в воде, как бобры, и в конце концов добились своего: плотина вышла на славу.

Ночью прошел сильный дождь, и следующим утром, подходя к реке, мальчики услышали глухой шум.

— Вода бежит через плотину! — радостно воскликнул Ян. — Идем скорее, Сэм!

И они пустились бегом к речке. Добравшись до плотины, они увидели довольно большое пространство, наполненное водой в том месте, где раньше была каменистая мель. Сильный поток шумно бежал, стремясь в оставленное для него место посередине плотины. Восторгу строителей не было предела. Через минуту оба уже барахтались в воде.

Восторгу строителей не было предела. Иллюстрация к повести Эрнеста Сетона-Томпсона «Маленькие дикари». Художник Эрнест Сетон-Томпсон, 1903 г.

Запруда получилась на несколько десятков футов в длину и в ширину, а глубина ее в одном месте доходила до пяти футов, что было вполне достаточно для подростков.

— Ну, разве не стоило потрудиться, чтобы получить такое удовольствие? — говорил Ян, с наслаждением ныряя в свежей и чистой воде.

— Недурно получилось, — добродушно проворчал Сэм. — Пожалуй, я буду называть тебя Бобром.

— А я тебя — Дятлом, потому что ты больше любишь стучать топором, нежели копать...

— Это мое школьное прозвище. За рыжие волосы товарищи прозвали меня Красноголовым Дятлом.

Накупавшись вволю, мальчики уселись перед огнем в своем типи.

— Эх, хотел бы я пожить в лесу, но только чтобы у меня было ружье, а вокруг имелась бы дичь... — размечтался Сэм.

— Знаешь что, Сэм? — воскликнул Ян. — До сих пор мы только играли в индейцев. Давай теперь сделаемся ими на самом деле и дадим себе какие-нибудь прозвища. Я, например, назовусь Бобром, а ты?

— А я — Вечерней Грозовой Тучей...

— Ну, это слишком длинно! Назовись как-нибудь покороче.

— А какой самый хитрый зверь на свете, не знаешь?

— Говорят, росомаха...

— А она может сладить с бобром?

— Наверняка!

— Ну, так я буду Росомахой...

— Э, нет, я на это не могу согласиться: как же дружить с тем, кто каждую минуту может меня задушить? Тебя прозвали Дятлом, вот и оставайся с этим прозвищем, оно тебе очень подходит...