На следующее утро Сэм сказал Яну:
— Вот что, Бобр: по-моему, олень должен оставлять следы. Тогда удобнее будет искать его.
— А ведь верно, Дятел, — согласился Ян. — Давай нарежем бумаги, положим ее в мешочек и сделаем в нем дырку, в которую бумага будет сыпаться на дорогу; это и будут следы. Мешочек повесим на оленя, и когда олень побежит...
— Понял! Понял! — радостно воскликнул Сэм. — Это ты отлично придумал: по таким следам мы обязательно найдем его.
И друзья тут же принялись за работу: изорвали на мелкие клочки всю оберточную и вообще ненужную бумагу, какая нашлась у них в типи и в карманах. Потом они сшили мешок и проделали в нем дырку с таким расчетом, чтобы при самом легком сотрясении мешка из него постепенно сыпались бумажные клочки.
Гай этой ночью был дома. Когда он явился в типи, товарищи привязывали к брюху оленя мешок.
— Что это вы делаете? — полюбопытствовал мальчик.
Когда ему объяснили, в чем дело, он сначала запротестовал, потому что, по правилам, он опять должен был прятать оленя и рассчитывал вновь получить двадцать пять очков, но потом подчинился решению, принятому большинством голосов.
После обеда снова началась охота. Гай отправился прятать оленя и так запутал следы, что охотники с трудом разобрались в них. Они заметили оленя только в пятнадцати шагах.
Первым увидел его Сэм и получил десять очков. Он выстрелил и промахнулся. За ним стрелял Ян. Сделав пять шагов вперед, он пустил стрелу. Мимо!
Настала очередь Гая. Он уже стрелял с расстояния в пять шагов и, разумеется, вонзил стрелу прямо в сердце оленя. Успех вскружил Ветке голову: он задрал нос и стал насмехаться над товарищами. Те сначала хотели поколотить хвастуна, но потом передумали и ввели новое правило: стрелять не ближе чем с пятнадцати шагов от цели.
Игра делалась все интереснее и стала походить на настоящую охоту. Находить оленя благодаря бумажным следам стало легче, несмотря на все ухищрения Гая, старавшегося как можно хитрее прятать оленя и запутывать следы. Однажды он провел следы к пруду и поместил оленя хотя и на видном месте противоположного берега, но на слишком большом расстоянии, так что, кроме него самого, никто из товарищей не мог попасть в цель. Гай опять выиграл. Это заставило охотников дополнить правила новым параграфом — не загонять оленя в такие места.
Мальчики так увлеклись игрой, что вскоре весь лес был усеян клочками бумаги и отличать прежние следы от новых стало невозможно. Ян предложил использовать цветную бумагу, но и это помогло лишь на время: запас цветной бумаги скоро истощился.
Охотники пригорюнились, не зная, как выйти из возникшего затруднения. И тут к ним заглянул Калеб. Старик всегда делал вид, что просто шел мимо, но на самом деле его притягивали лесная жизнь "индейцев" и их игры. Приходу Калеба мальчики всегда были очень рады, ведь мудрый старик каждый раз давал им какой-нибудь хороший совет.
— О, у вас уже и дичь есть! — проговорил Калеб, увидев истыканное стрелами чучело оленя. — Очень недурно! Кто смастерил?
"Индейцы" охотно поделились с ним своими новостями, а также рассказали и о возникшем затруднении со следами.
— А вы добудьте каких-нибудь зерен и разбрасывайте их вместо бумаги, — предложил Калеб. — К утру их подберут птицы и белки, и у вас каждый раз будут новые следы.
Сэм тут же вскочил и со всех ног пустился к дому. Вскоре он вернулся с мешком кукурузы.
— То, что нужно! — Калеб достал из мешка горсть золотистых зерен и предложил: — Давайте и я разок спрячу чучело. Заодно покажу вам, к каким уловкам прибегает настоящий олень, чтобы спастись от охотников.
С этими словами старик взвалил на плечи оленье чучело и быстро исчез в лесной чаще. Охотники направились по следу зерен, оставленному Калебом. Сначала след шел почти по прямой линии, потом стал описывать круг и возвращался назад, почти пересекая свой путь.
— Смотрите внимательнее, — улыбнулся старик. — Видите, след не пересекается.
Присмотревшись, охотники заметили, что след очень широкий, точно двойной. Значит, олень пошел по своему же следу! Ян пригляделся, увидел, где след раздваивается, и побежал вперед.
— Ага, вот он! — закричал юный охотник и вскинул лук.
Когда подоспели остальные, в сердце оленя уже торчала стрела, хотя расстояние было довольно значительным.