На следующее утро после завтрака Калеб предложил "индейцам" прогуляться до могилы Гарни.
На белом могильном камне дрожащей рукой было выведено: "Ян".
— Ты молодец, Бобр! Честно говоря, не знаю, хватило бы у меня смелости прийти сюда в полночь, — признался Сэм.
— Тоже мне, подвиг! Вот я бы... — тут же вступил Гай.
— Вот здесь я услышал чей-то крик, — пробормотал Ян, не обращая внимания на хвастунишку. — Посмотрим, нет ли каких следов возле канавы... Ой, смотрите!
Все бросились к мальчику и увидели в грязи следы взрослого человека. Он явно упал в канаву ничком и долго барахтался, пытаясь выбраться. Во многих местах остались отпечатки его рук, а на дне канавы что-то белело. Когда предмет извлекли из грязи и обтерли, он оказался револьвером с белой костяной рукояткой.
— Это же мой собственный револьвер! — не поверил своим глазам Калеб. — У меня его украли несколько лет назад вместе с деньгами и письмами... Кто же его вчера здесь обронил?
На обратном пути старый охотник был молчалив и задумчив. Когда они проходили мимо хижины бабушки Ньювиль, он остановился:
— Идите в лагерь. А я потолкую с бабушкой, а потом догоню вас.
Мальчики отправились дальше, а старый охотник толкнул дверь в хижину знахарки.
— Мир тебе, Калеб! — поприветствовала она гостя. — Садись, передохни. Как поживают Дик с Сарианной?
— Неплохо, процветают, — как-то нехотя произнес Калеб, усаживаясь на скамейку. — А слышала ли ты историю Гарни, который похоронен тут у дороги?
— Еще бы мне не знать! Я тебе больше скажу: на могиле этого грешника, упокой Господи его душу, происходят странные вещи. Нынче ночью там творилось что-то немыслимое. До сих пор не приду в себя...
— А что именно ты слышала?
— Какой-то не то крик, не то стон!.. Даже собака с кошкой насмерть перепугались и спрятались, а моя белая корова прибежала оттуда опрометью и, словно молодая, перескочила через плетень...
Заметив, с каким вниманием слушает ее гость, знахарка дала волю языку и принялась со всеми подробностями рассказывать о страхах, которые ей пришлось испытать ночью.
Но на самой середине словоизвержений рассказчицы гость вдруг прервал ее:
— Бабушка, а ты не слышала, что на прошлой неделе кого-то обокрали в городе?
— Разве?! — воскликнула знахарка, но ее глаза как-то странно сверкнули.
Калеб заметил это, но, не показывая вида, с деланым равнодушием продолжал:
— Да, говорят, обчистили Джона Эванса.
— Ну, он не обеднеет от этого... А вот когда ко мне пожаловали было разбойники, узнав, что я продала корову, я их сразу урезонила... Негодяи чуют, у кого водятся деньги.
— Это верно. А когда же тебя обокрали, бабушка?
— Я не говорю, что обокрали. Напротив, они обошлись со мной очень хорошо, — проговорила со смехом старуха.
— Вот как! Расскажи-ка.
— Разве я тебе не рассказывала? Ну, изволь. Слушай.
И она подробно передала, как к ней явились два разбойника, когда прошел слух, что она продала корову и получила за нее деньги, и как она отделалась от них, угостив своим знаменитым "легочным бальзамом".
— А ты не помнишь, бабушка, какие они были из себя? — спросил Калеб, выслушав этот рассказ.
— Как не помнить! Я никогда не забуду этих негодяев, хоть с тех пор уж и прошло целых три года, — ответила старуха. — Один из них был высокий, худой мужчина, мрачного вида, а другой — низенький, толстый, веселый. У обоих были черные бороды. У высокого на правой руке не хватало двух пальцев...
Узнав, что ему было нужно, охотник простился со старухой и в глубоком раздумье отправился к мальчикам. "За последние четыре года вокруг то и дело происходят кражи и грабежи, — думал он. — И грабят всегда только тех людей, у которых появились деньги. Похоже, воры располагают точными сведениями..."
Пока Калеб беседовал со знахаркой, мальчики не спеша шли к себе. Дорогой Яну вдруг пришла в голову одна мысль, и он вернулся к могиле Гарни. Сэм и Гай отправились дальше.
Ян еще раз внимательно осмотрел следы. Он заметил, что каблуки обуви того человека были подбиты тремя рядами мелких гвоздей и что на подошве одного сапога была дырка. Осматривая следы рук, мальчик заметил, что на отпечатках одной руки недоставало двух пальцев.
Ян тщательно срисовал все эти следы и прошел по ним до тех пор, пока они, повернув к югу от могилы, не затерялись в траве.
Возвращаясь на поляну, он встретил Калеба и поспешил сообщить ему о своих наблюдениях:
— Вот как! — воскликнул пораженный старик. — Ты уверен?
— Можем взглянуть вместе.
Наблюдения Яна полностью подтвердились.
— Не говори об этом никому, дружок, — сказал ему охотник. — Пока до свидания. У меня есть дело. Скоро увидимся.
Они распрощались. Ян отправился к товарищам, а старый охотник повернул к жилищу Дика Пога. Около крыльца на влажной земле он увидел точно такие же следы, как у могилы Гарии, а на веревке — забрызганные грязью штаны, вывешенные, очевидно, для просушки.
С этого дня Ян сильно поднялся в глазах старого охотника. Однажды он позвал мальчика к себе, чтобы показать новые лыжи, которые смастерил к зиме. На приглашение явилось все племя в полном составе.
Пока Ян и Сэм рассматривали лыжи, Гай своими зоркими глазами разглядел на столе найденный револьвер, старательно вычищенный и приведенный в полный порядок.
Находка очень порадовала старика, у которого не было денег на приобретение другого оружия.
— Давайте попробуем пострелять, — предложил Гай. — Наверняка я окажусь лучшим стрелком. А револьвер заряжен, мистер Кларк?
— Заряжен, — ответил старик. — Пойдемте наружу. Вот вам и цель, — указал он на белое пятно с черным кружком в центре, нарисованное на прибитой к изгороди доске, шагах в сорока.
Гай выпустил четыре пули и ни разу не попал не только в пятно, но и в саму доску. С тем же успехом выстрелили по нескольку раз и его товарищи.
— Дайте-ка мне, — с улыбкой проговорил охотник.
Он вложил новые патроны в револьвер и, почти не целясь, выстрелил шесть раз подряд. Четыре пули попали в белое пятно в равном расстоянии одна от другой, а две остальные стрелок всадил в самую середину черного кружка.
— Вот это да! Браво, мистер Кларк! — в восторге воскликнул Ян.
Сэм тоже выразил свое одобрение, хотя и в более сдержанной форме. Даже Гай, и тот пробурчал что-то, похожее на похвалу.
— Лет двадцать назад я считался неплохим стрелком, — ухмыльнулся Калеб. — Но это пустяки. Сейчас покажу вам кое-что посерьезнее...
Он поставил на изгородь три пустых патрона и, отойдя на двадцать пять шагов назад, тремя последовательными выстрелами, почти не целясь, сшиб патроны один за другим.
После этого он положил на ладонь правой руки револьвер, а на пальцы той же руки пустую жестянку из-под консервов и подбросил вверх то и другое. Он успел подхватить револьвер и прострелить жестянку прежде, чем она упала на землю.
Проделав еще несколько таких трюков, показавшихся юным зрителям просто волшебством, старик спрятал револьвер в карман.
— Вот как мы стреляли в былые годы...
— Ну, теперь я вполне уверен, что это не он стрелял в отца. Калеб не мог промахнуться! — тихо шепнул Яну Сэм.
Старый охотник тем не менее услышал эти слова. Он в первый раз благосклонно взглянул на сына своего недруга и с этой минуты стал даже разговаривать с ним.
Видя, что Калеб в хорошем настроении, Ян высказал вслух то, о чем давно мечтал:
— Мистер Кларк, вы не хотели бы как-нибудь пойти вместе с нами поохотиться на енотов? Мы знаем одно местечко около реки, там их много...
— Ладно, — согласился охотник. — Выберем вечерок попрохладнее и отправимся. Тогда пес лучше пойдет по следу.