
Горе от ума
Паутина не шевелится. Залетает свой — трясёт нити, хохочет. Тише, тише — шепчут. Паука никто не видел.
Москва, утро в большом доме. Скрипит паркет, по углам шепчут, в людской переводят часы. К полудню съедутся все. К вечеру — бал. Лакеи знают, чьё имя называть громче. Домашние — под какой лестницей говорить с глазу на глаз. Фамусов всё держит и сам оглядывается. В каждой паузе слышно ту, которой нет в комнате. Софья читает французские романы. Выбрала Молчалина: счастливый билет. Дали комнату, дали чин, по ночам сидит у дочки. Кланяется собаке дворника. Подсаживается к самому недовольному. Чацкий приехал на рассвете. Здесь его помнят мальчиком — три года не был. С порога смеётся над тем, над чем тут не смеются. Сорок пять часов в седле, через бурю — ради этого утра. Целует Софье руку: «Не ждали?» Не дожидается ответа. К вечеру — свечи, зеркала, гости. По залу идёт слово. Зал кивает. Выдыхают.
