Пою. Но разве я "пою"?
  Мой голос огрубел в бою,
И стих мой... блеску нет в его простом наряде.
  Не на сверкающей эстраде
Пред "чистой публикой", восторженно-немой,
И не под скрипок стон чарующе-напевный
  Я возвышаю голос мой —
Глухой, надтреснутый, насмешливый и гневный.
Наследья тяжкого неся проклятый груз,
  Я не служитель муз:
Мой твердый четкий стих — мой подвиг ежедневный.
  Родной народ, страдалец трудовой,
  Мне важен суд лишь твой,
Ты мне один судья прямой, нелицемерный,
Ты, чьих надежд и дум я — выразитель верный,
Ты, темных чьих углов я — "пес сторожевой"!