Стихи его императорскому величеству Павлу Первому при восшествии на всероссийский престол
И. И. Дмитриев·1796·6м
Стихи его императорскому величеству Павлу Первому при восшествии на всероссийский престол
И. И. Дмитриев17966м
Ты принял скиптр Екатерины —
Монарх! Зри север, юг, восток;
Зри оба мира половины:
Сей мощный скиптр писал их рок,
Владел и сушей и морями
И царства покорял с царями;
Но грозен, гибелен врагам,
Он зиждил памятник России,
Его же ввек почтут стихии;
Он блеск давал ее сынам.
Давал и даст он им конечно,
О Павел! и в твоих руках;
Род орлий познается вечно
И в чадах и сынов в сынах.
И ты ль не будешь в мире громок?
Ты Иоаннов двух потомок,
И кровь Петра в крови твоей;
Ты сын владевшия полсветом;
Ты россов царь — и стал предметом
Внимания вселенны всей.
Ступай, наследник царств и славы!
Любой к бессмертию тропой;
Вещай властителям уставы;
Карай противников войной.
Се тысячи нелобедимых,
Всегда в триумфах, в лаврах зримых;
К победам новым на пути
Они вдруг крылья опускают,
И царска слова ожидают,
Которым светом потрясти.
Постойте, пламенны герои!
Монарху подвиг предстоит
Важнейший низложенья Трои:
Он прежде правды вземлет щит
И твердыми идет стопами
Не дщерей разлучать с отцами,
Не кровь невинных проливать,
Но гидр — страшнейших, чем Лернейски,
Ужаснейших, чем львы Немейски, —
Идет пороки он карать.
Идет — и лесть уже бледнеет,
Дрожит обман с двойным лицом,
И злато роскоши тускнеет
Пред медным воина щитом;
Он кинет взор — и злость низложит;
Речет — мздоимство уничтожит
И слабых с сильными сравнит. —
О! где я, где? Иль в новом мире?
Летай рука моя по лире!
Вся кровь от радости кипит!
Друг смертных, гений в багрянице,
Глагол его есть глас отрад
Гонимым, сирому, вдовице
И благо миллионов чад;
Талант, достоинства, заслуги
Любимцы суть его и други,
А стражею любовь сердец;
Отвсюду разные языки
Торжественны возносят клики:
О Павел, Павел! наш отец!
Цветет Россия вертоградом,
Сияет радости лучом!
Весь с весью, град стязует с градом
В избытке, в первенстве своем;
Все, все сокровища природы,
Что внутрь земли, что кроют воды,
Возникшими пред Павлом зрю:
И горы злато источают,
И океаны извергают
Левиафанов в дар царю.
Но что! Куда летят Язоны
Поверх ярящихся валов?
Каким странам несут законы
И страшну мощь своих громов?
Не кройтесь в глубину, наяды!
Спокойся, мир! то росски чады,
Любители наук и муз,
Летят отважнейшим полетом
Обогатиться новым светом,
Вступить с Уранией в союз.
О, коль приятно царско бремя
Для благотворныя души!
Смири свою ты наглость, время!
А ты, о истина! впиши
Надежной, смелою рукою
Царя, плененного тобою,
На трон отцов сволх восход!
Едва облекся он в порфиру,
Вдруг жертвенник возникнул миру,
И славный — счастлив стал народ.
Вдруг скиптр его, как жезл волшебный,
Тел чад, сил рождших воскресил
И радости бальзам целебный
Во грудь отчаяния влил.
О Павел! будешь чтим веками:
Ты начал властвовать сердцами,
Ты с первым шагом приобрел
На нашу верность новы правы
И воспарил ко храму славы,
Как к солнцу бодрственный орел.
Примечания
Отд. изд., Московская Университетская типография у Хр. Ридигера и Хр. Клаудия, без указания года. В собр. соч. не входило. «Стихи» Дмитриев послал Карамзину, который, одобрив опыт сочинения «не оды», высказал ряд замечаний: «Стихи твои очень хороши: ода или нет, все одно. Вот мои бездельные примечания: Строфа 1. — «Он памятник России строил». Какой памятник? Неясная мысль (Дмитриев изменил одно слово, но прежний смысл сохранил — «Он зиждил памятник России». — Г. М.). 2-ястрофа очень хороша. Строфа 3 — вместо тропой не лучше ли стезей? Вместо опущают — опускают. Строфа 4 — возьмет нехорошо по ударению. Строфа 5 отменно хороша. В следующих картина изобилия, успехов наук — все очень хорошо. «Смири свою ты наглость, время!» мне не нравится. «И славный — щастлив стал народ» — прекрасно. В последней строфе два последние стиха слабы; что-нибудь и как-нибудь, да посильнее, мой любезнейший поэт! Конец важен во всякой пиесе; это венец, купол здания. Вообще я очень доволен твоею, как ты говоришь, не одою; план, стройность, язык поэзии! — Кажи, печатай! Пусть читают знатоки и незнатоки!» (ПкД, с. 73).
Павел I (1754—1801) — русский император.
Екатерина Алексеевна (1729—1796) — русская императрица, мать Павла.
Ты Иоаннов двух потомок. Имеются в виду Иоанн Алексеевич (1666—1696) — русский царь, номинально вместе со своим братом Петром (будущим императором) правивший Россией, фактически исполнявший волю своей сестры царевны Софьи, и Иоанн VI Антонович (1740—1764) — номинальный русский император (1740—1741), который был свергнут с престола Елизаветой и заточен в крепость. При попытке поручика Мировича освободить его с целью провозглашения императором был убит стражей, согласно инструкции, данной Екатериной II. Павел был правнуком Петра I и, следовательно, был родичем и потомком двух Иоаннов. Соотнесение Павла с Иоаннами имело политический смысл: у них была общая судьба — их законную власть узурпировали: первого — Екатерина; двух вторых — Петр и Елизавета.
Ты сын владевшия полсветом — Екатерины II.
Подвиг предстоит важнейший низложенья Трои. Имеется в виду знаменитая Троянская война начала 12 в. до н. э., в ходе которой древние греки после девятилетней осады захватили и разрушили Трою. Дмитриев выражает надежду, что Павел прославит свое царствование не войнами, а «подвигом важнейшим» — усовершенствованием законодательства.
Гидра Лернейская— мифологическое многоголовое чудовище, обитавшее в Лернейском болоте. Вместо каждой отрубленной головы у нее вырастали две новые. Победил гидру Геракл.
Лев Немейский — мифологическое страшилище, наводившее ужас на людей, убитый Гераклом.
Левиафан — по библейским преданиям, морское чудовище.
Язон — мифологический герой, предводитель похода аргонавтов, добывший золотое руно из Колхиды.
Урания (греч. миф.) — одна из девяти муз, покровительница наук.