День рождения Инфанты

Один грязный секрет — и безупречная карьера трещит по шву. Миссис Чивли приходит на приём с письмом в сумочке. Сэр Роберт Чилтерн — с репутацией, которая не переживёт утра.

Четыре самые красивые и жестокие сказки Уайльда собраны здесь в один тёмный витраж о власти, любви и милосердии.

Накануне коронации юный король видит во сне, какой кровью оплачены его пурпур, золото и жемчуг.

Сад, который отменил весну. Один великан построил стену. Деревья перестали цвести. Дети ушли. Остался только снег — и тишина, которая громче любого крика.

Два враля, одно имя, ноль раскаяния. Джек выдумал брата. Алджернон выдумал друга. Обоих зовут Эрнест. Проблема в том, что Эрнеста не существует — а замуж за него хотят двое.

Призрак, которого отменили. Триста лет он гремел цепями — пока не въехали американцы с пятновыводителем и рекомендациями по смазке.

Один грязный секрет — и безупречная карьера трещит по шву. Миссис Чивли приходит на приём с письмом в сумочке. Сэр Роберт Чилтерн — с репутацией, которая не переживёт утра.

Четыре самые красивые и жестокие сказки Уайльда собраны здесь в один тёмный витраж о власти, любви и милосердии.

Накануне коронации юный король видит во сне, какой кровью оплачены его пурпур, золото и жемчуг.

Сад, который отменил весну. Один великан построил стену. Деревья перестали цвести. Дети ушли. Остался только снег — и тишина, которая громче любого крика.

Два враля, одно имя, ноль раскаяния. Джек выдумал брата. Алджернон выдумал друга. Обоих зовут Эрнест. Проблема в том, что Эрнеста не существует — а замуж за него хотят двое.

Призрак, которого отменили. Триста лет он гремел цепями — пока не въехали американцы с пятновыводителем и рекомендациями по смазке.