Кентервильское привидение

Сэр Симон де Кентервиль убил жену в 1575 году. С тех пор он работает. Каждую ночь — цепи, стоны, кровавое пятно на полу библиотеки. Пятно появляется снова и снова, веками. Гости бледнеют, прислуга увольняется, репутация безупречна. А потом поместье покупает мистер Отис. Американец. Республиканец. Человек, который при виде кровавого пятна на паркете не крестится, а достаёт «Непревзойдённый пятновыводитель Пинкертона». Пятно исчезает. Утром появляется снова. Миссис Отис выводит повторно. Так и живут. Сэр Симон выходит в коридор в полночь — в ржавых доспехах, с черепом под мышкой. Мистер Отис открывает дверь в пижаме и протягивает ему смазку для цепей. «Восходящее Солнце Тэммени». Флакон. С инструкцией. Призрак берёт. Призрак уходит. Близнецы Отис — это отдельный ад. Подушки, летящие в голову. Верёвки поперёк коридора. Самодельные чучела из швабры и простыни. Сэр Симон находит в коридоре привидение — белое, жуткое, с горящей тыквой вместо головы. Впервые за триста лет он пугается сам. Подходит ближе. Это простыня на палке. Внутри тыквы — свечка. На простыне записка. Он пробует всё. Бескровный Бен. Мартин Безумец. Задушенный Монах. Он репетирует. Подбирает образы. Однажды выходит в виде скелета — и получает подушкой в лоб, не успев застонать. Триста лет профессионального стажа — и ни одного результата. Это как вести идеальный аккаунт, набирать контент, выверять подачу — и ноль реакции. Даже хейта нет. Просто пятновыводитель и смазка. Но есть Вирджиния. Старшая дочь. Единственная, кто смотрит на Сэра Симона и видит не спецэффект, а кого-то, кто устал. Она находит его в Гобеленовой комнате — сгорбленного, без цепей, без грима. Он не пугает. Он просит. Ему нужно, чтобы кто-то заплакал за него, потому что у него самого нет слёз. Нужно, чтобы кто-то живой прошёл с ним через Сад Смерти. Вирджиния уходит с ним за гобелен. Дом ищет её до ночи. Она возвращается — с шкатулкой рубинов и сухими глазами. Сэр Симон — нет. На стене библиотеки пятно больше не появляется.