Рек Балигаит: «Мой милый сын Мальприм!
Добрый вассал, Роланд, вчера убит,
С ним Оливьер, что храбр и знаменит,
И веры все, которых Карл любил,
И франкский полк в двадцать тысяч погиб.
Перчатки я не дам за всех других.
Теперь назад пришел их властелин,—
Так мне бирюч сириец возвестил.
На десять тем он рать свою разбил.
Смел тот боец, что в Олифант трубит.
Вторит ему на трубе побратим.
Скачут вдвоем перед ратью они.
Вверил король пятнадцать тысяч им
Отроков тех, что Карл зовет детьми.
Такой же полк за первым позади.
Будут они безжалостно рубить».
«Первый удар — за мною», — рек Мальприм.
«Мой сын, Мальприм!— рек Балигант-властитель —
Пусть будет так, раз вы о том просили:
С франками вы померяетесь силой.
С вами пойдет Тор лей, король Персиды,
и Дапаморт (то лютичей властитель).
Когда вы спесь французов посрамите,
Дам я вам часть своих земель великих,
Весь Чериант и вплоть до Валь-Маркиза».
Мальприм в ответ: «О, государь, спасибо!»
Вышел вперед и принял дар эмира
(А то была земля царя Флорита).
Но не пришлось ему тот лен увидеть:
Не был он там ни облачен, ни принят.
Вот Балигант проезжает вдоль войска,
С ним сын Мальприм исполинского роста.
Король Торлей совместно с Дапамортом
Тридцать полков построили проворно.
Число бойцов и дивно и огромно:
В меньшом полку полсотни тысяч ровно.
Вот первый полк — бойцы из Бутентрота.
Милцны — в другом, народ толстоголовый:
По всей спине, по хребту становому,
Всякий из них щетинист, словно боров.
Весь третий полк — из нюблов и из блосов,
Четвертый полк — из брюнов и славонцев,
А пятый полк — из сербов и из сорбов,
В шестой армян берут и мавров черных.
В седьмой вошли бойцы из Ерихона,
Негры — в восьмой, в девятый — племя гросов.
Десятый полк был из Балиды грозной.
Спокон веков там жил народ недобрый.
Тут поклялся эмир своим Маомом,
Клялся, как мог, его телом и мощью:
«Франкский король лишился, видно, мозга.
Коль не сбежит, так бой начнется грозный:
На голове не сносит он короны».
Десять полков еще набрать сумели.
Весь первый полк — из гнусных хананеев;
Пришли они из Вальфоитских весей.
Турки — в другом, и персияне — в третьем.
Четвертый полк — из диких печенегов.
В пятом — Сольтрас и аварское племя.
Угличей тьма — в шестом и ормалеев.
В седьмом полку — Самуилово племя.
Прусы — в восьмом, а в девятом — словенцы.
Десятый полк — из Окцианских дебрей.
Это — народ, что в господа не верит,
О худших псах не слыхано вовеки:
Кожа у них прочнее, чем железо;
Не нужно им ни панцырей, ни шлемов;
В бою они и подлы и свирепы.
Десять полков у Балиганта:
В первом полку — из Мальпрозы гиганты.
Гунны — в другом, а в третьем — все мадьяры.
Четвертый полк — из той Бальдизы дальней.
В пятом — войска вальпенозцев поганых,
В шестом — бойцы Марозы и Имаицы,
Леи — в седьмом с астримонскою ратью,
В восьмом — Аргойль, и Кларбоиа — в девятом.
В десятом — люд вальфондский бородатый;
Бог не любил вовек таких поганцев.
Тридцать полков сочли «Деянья Франков».
Трубы трубят перед войском громадным,
Как удальцы несутся басурманы.
Тот Балигант был могучим сеньором.
Он пред собой велит нести дракона;
А это знак Терваганта с Маомом,
При них — кумир был Аполина-вора,
Вокруг отряд из ханапеев конных.
Они кричат и восклицают громко:
«Кто от богов добиться хочет прока,
Пусть молит их и склонится глубоко».
Склоняют все главу и подбородок,
Всякий поник сияющим шеломом.
Франки рекли: «Конец вам, живоглоты!
Нынче вас ждет несладкая работа.
О, боже наш! Будь кесарю оплотом.
Имя его — нам нынче клич походный».
Был Балигант мудрей всех воевод,
Сына к себе и двух царей зовет:
«О, господа, поезжайте вперед.
Вы все полки поведете в поход.
Себе, беру три лучшие из орд,
Из турских тем и ормалейских рот.
Со мной же рать окцианцев пойдет.
Карла побьем и французский народ.
А если Карл со мною бой начнет,
Он головы на плечах не снесет.
Пусть знает он: короток с ним расчет».
Грозны войска и все полки чудесны.
Нет промеж них ни гор, ни рвов, ни леса,
Ни рек, ни рощ — укрыться мочи нету:
Все на виду средь равнины безмерной.
Рек Балигант: «О, мой народ неверный!
Скачите все! вперед на бой победный!»
Знамя несет Амборес Олофернский.
Мавры кричат «Прецьозу!» — клич военный.
Франки в ответ: «Вас ждет урон примерный».
Громко кричат «Монджой!» попеременно.
Трубы трубят по Карлову веленью,
А Олифант — всех громче и победней.
Молвят враги: «У Карла люд отменный:
Бой нам грозит и долгий и свирепый».
Обширен дол, равнина необъятна,
Шлемы блестят каменьями и златом,
Светят щиты и черненые латы,
Маячит дрот и укрепленный прапор.
Трубы трубят так звонко в поле ратном,
Но громче всех раскаты Олифанта.
Вот Балигант призвал родного брата
(То Канабей, что Флоредеей правит.
Освоил он до Валь-Севреды страны),
Кажет ему эмир дружину Карла:
«Видите спесь этой Франции славной?
Кичливо вскачь несется император.
Он — позади с дружиной бородатой.
Бороды все распустили по латам.
Как снег на льду, их волосы се даты.
Спешат разить копьем, мечом булатным.
Битва нас ждет, длинна и беспощадна;
В мире никто еще не видел равной». .
Дальше броска обструганною палкой
Выехал он пред дружиною ратной,
Молвил и рек: «За мной, народ поганый!
Я проложу дорогу басурманам».
И тут потряс он древком протазана.
Его конец направил против Карла.
Великий Карл Балиганта узнал:
Пред ним — дракон, его знамя и знак.
И рать его арабская сильна:
Долину всю покрывает сполна,
Опричь тех мест, где франкские войска.
Крикнул король, и речь его громка:
«Всякий из вас — надежный мой вассал,
Всякий не раз в сраженьи побывал.
Пред вами — враг: он подл и трусоват.
За веру их полушки я не дам.
Коль много их, какое дело нам?
Все, кто со мной, ударьте по врагам!»
Тут шпорой он разъярил скакуна,
И Тенцендор дал четыре прыжка.
Франки рекли: «Вот витязь хоть куда.
Мы все — за вас! Скачите, государь!»