Многие
       слышали звон,
да не знают,
             что такое —
                         Керзон.
В редком селе,
               у редкого города
имеется
        карточка
                 знаменитого лорда.
Гордого лорда
              запечатлеть рад.
Но я,
      разумеется,
                  не фотографический аппарат.
Что толку
          в лордовой морде нам?!
Лорда
      рисую
            по делам
                     по лординым.
У Керзона
          замечательный вид.
Сразу видно —
              Керзон родовит.
Лысина
       двумя волосенками припомажена.
Лица не имеется:
                 деталь,
                         не важно.
Лицо
     принимает,
                какое модно,
какое
      английским купцам угодно.
Керзон красив —
                хоть на выставку выставь.

Хоть голос бочкин,
                   за вёрсты дно там,
но толк
        от нот от этих
                       мал.
Рабочие
        в ответ
                по этим нотам
распевают
          "Интернационал".
Керзон
       одеждой
               надает очок!
Разглаженнейшие брючки
                  и изящнейший фрачок;
духами душится,-
                 не помню имя,-
предпочел бы
             бакинскими душиться,
                                  нефтяными.
На ручках
          перчатки
                   вечно таскает,-
общеизвестная манера
                     шулерская.
Во всяких разговорах
                     Керзонья тактика —
передернуть
            парочку фактиков.
Напишут бумажку,
                 подпишутся:
                             "Раскольников",
и Керзон
         на НКИД врет, как на покойников.
У Керзона
          влечение
и к развлечениям.
Одно из любимых
                керзоновских
                             занятий —
ходить
       к задравшейся
                     английской знати.
Хлебом Керзона не корми,
дай ему
        задравшихся супругов.
Моментально
            водворит мир,
рассказав им
             друг про друга.
Мужу скажет:
             — Не слушайте
                           сплетни,
не старик к ней ходит,
                       а несовершеннолетний.-
А жене:
        — Не верьте,
                     сплетни о шансонетке.
Не от нее,
           от другой
                     у мужа
                            детки.-
Вцепится
         жена
              мужу в бороду
и тянет
        книзу —
лафа Керзону,
              лорду-
маркизу.
Говорит,
         похихикивая
                     подобающе сану:
— Ну, и устроил я им
                     Лозанну! —
Многим
       выяснится
                 в этой миниатюрке,
из-за кого
           задрались
                     греки
                           и турки.
В нотах
        Керзон
               удал,
                     в гневе —
                               яр,
но можно
         умилостивить,
                       показав доллар.
Нет обиды,
           кою
было бы невозможно
                   смыть деньгою.
Давайте доллары,
                 гоните шиллинги,
и снова
        Керзон —
                 добрый
                        и миленький.
Был бы
       полной чашей
                    Керзоний дом,
да зловредная организация
                          у Керзона
                                    бельмом.
Снится
       за ночь
               Керзону
                       раз сто,
как Шумяцкий
             с Раскольниковым
                              подымают Восток
и от гордой
            Британской
                       Империи
летят
      по ветру
               пух и перья.
Вскочит
        от злости
                  бегемотово-сер —
да кулаками на карту
                     СССР.
Пока
     кулак
           не расшибет о камень,
бьет
     по карте
              стенной
                      кулаками.
Примечание.
Можно
      еще поописать
                    лик-то,
да не люблю я
              этих
                   международных
                                 конфликтов.

Москва, 21 мая