Мы пролетали,
             мы миновали
местности
         странных наименований.
Среднее
       между
            "сукин сын"
и между
       "укуси" —
Сууксу
      показал
             кипарисы-носы
и унесся
        в туманную синь.
Го—
   ра.
Груз.
     Уф!
По—
   ра.
Гур—
    зуф.
Станция.
        Стала машина старушка.
Полпути.
        Неужто?!
Правильно
         было б
               сказать "Алушка",
а они, как дети —
                 "Алушта".
В путь,
       в зной,
крутизной!
Туда,
     где горизонта черта,
где зубы
        гор
           из небесного рта,
туда,
     в конец,
            к небесам на чердак,
на —
    Чатырдаг.
Кустов хохол
            да редкие дерева
Холодно.
        Перевал.
Исчезло море.
             Нет его.
В тумане фиолетовом.
Да под нами
           на поляне
радуги пыланье.
И вот
     умолк
          мотор-хохотун.
Перед фронтом
             серебряных тополей
мы
  пронеслись
            на свободном ходу
и
через час —
            в Симферополе.