Для сказки пользы нет в нелепом привираньи.

*

Баран, — пусть родом он хоть из заморских стран, —
Но ежли он — баран,
Так и мозги его — бараньи.
Однакоже беда научит хоть кого:
Барана одного
За что-то невзлюбил пастух — за что, не знаю.
Терпел баран, терпел и, наконец... того:
"Нет, баста! — говорит. — Довольно!.. Удираю!"
Болтался долго в стаде с краю
И, часик улуча, когда пастух уснул,
Улепетнул.
Гулял весь день баран по полю,
Наелся и напился вволю.
Под вечер с радости ну прыгать, ну блеять:
"Вот, мол, житье! Чего уж чище!
Ур-ра!" Ан в этот миг-то, глядь,
Прет прямо на него огромнейший волчище,
Ворча уж издали: "А-га".
Увидя страшного врага,
Баран застыл на месте.
"Танцуешь? — волк ему. — Ну, потанцуем вместе".
"Ва... Ваша честь... Ва... Ва... —
Бараша языком ворочает едва, —
Танцую-с... Малость угостился...
(Вот говорите ж вы: "баранья голова".
В беде меж тем баран на хитрости пустился.)
Ах... стойте, Ваша честь... Я Вас... не отпущу!"
"Что?!"
"Боже, как я рад такой счастливой встрече".
"Как?!"
"Думал, что искать придется Вас далече".
"Искать!!"
"Так точно-с. Я... с утра все Вас ищу!"
"Тьфу, чтоб тебя! Да ты... Да говори ты толком,
В чем дело? Напрямки!"
"Я... Стало быть... Наказ мне дали мужики:
Сходи-ка в поле, мол, за господином волком,
Скажи, что перестал к нам ездить становой,
Что на деревне-де пошел сплошной разбой,
Что, приучась ходить по струночке сызмальства,
Мы жить не можем без начальства,
Что нынче-де у нас не жизнь, а сущий ад,
Разруха и разлад,
Тревога в ежечасье.
Скажи, что если волк изволит дать согласье
Принять над нами власть,
Так мы-де все ему готовы в ноги пасть,
Что будет, мол, у нас он жить на всем готовом,
По горло сыт и пьян, в довольстве день и ночь, —
Ну, словом..."
"Что ж, — перебил тут волк, — пожалуй, я не прочь.
Идем".
Пошли. Баран бежит вперед вприпрыжку,
А волк, стараясь скрыть голодную отрыжку,
Трусит рысцою вслед.
"В ночную пору нам являться б и не след", —
Хитрит баран.
"Так что ж? Приляжем". Полежали.
В деревню прибежали
Как раз в обед.
Собаки первыми накинулись на волка.
За ними — весь народ. "Ай, волк!"
"Держи, Миколка!"
"Беги наперерез!" — "Колом его, сосед!"
"Бей по башке!" — "Хватай на вилы!"
Последние напрягши силы,
Волк, весь израненный, кривой,
Из бойни вырвался едва-едва живой.
Добравшись кое-как до лесу,
Он горько взвыл:
"Ну, и народ!
Ай мужики же, ну вас к бесу!
Ведь это что ж? Разбойный сброд!
И впрямь, начальства нет: весь люд перебесился.
Черт с вами!.. Ох-ох-ох! Беда, как ломит грудь!
Да будь вы прокляты, чтоб я когда-нибудь
Деревней править согласился!!"