Опять, как раненая птица,
Забилась на струнах рука.
Нам надо допьяна напиться,
Моя тоска!

Ах, разве этот ангел черный
Нам, бесприютным, не сестра?
Я слышу в песне ветр упорный
И дым костра.

Пылают облака над степью,
Кочевья движутся вдали
По грустному великолепью
Пустой земли.

Томи, терзай, цыганский голос,
И песней до смерти запой, —
Не надо, чтоб душа боролась
Сама с собой!