Письмо Лейкину Н. А.

84, XI, 16.

Уважаемый

Николай Александрович!

Ах! Но одного «аха» недостаточно...

Изумляюсь, как это я не понял Вас относительно Худекова? Вы писали, что ему не нужно фельетонов, а нужны краткие сведения из суда строк в 100... Мне почему-то вообразилось, что под сведениями надлежит понимать рассказы... (Если эти сведения не фельетон — то что же?) Спасибо, что написали и наставили на путь истинный... Вы удивляетесь моей странной прыти: как это, мол, можно написать рассказ за день до суда? Рассказ — не пожарная команда: и за полчаса до пожара может быть состряпан. Но дело не в этом, а в том, что в первой моей посылке я хотел изобразить нововведения в окружном суде, состряпанные ради Рыкова и которые я еду осматривать в понедельник... Они достойны описания, а не описывать же их в самый день суда, когда будет и так много материала!..

Второе «ах» по поводу «Речи и ремешка». Сей рассказ напечатан нигде не был. Суть его я припоминаю, исполнение забыто... Прочту с удовольствием, как нечто не мое...

Я не думал, что мой рассказ, напечатанный в «Развлечении», достоин «Осколков». Я не послал Вам его, ибо он длинен и плох — так по крайней мере мне казалось. А Вы не сердитесь, когда видите меня дезертирующим из «Осколков»... Человек я семейный, неимущий... деньги надобны, а «Развлечение» платит мне 10 коп. со строки. Мне нельзя зарабатывать менее 150—180 руб. в месяц, иначе я банкрот.

О Медведеве скорблю. Голоден и холоден. Студент...

О Николае молчу. Нарисовал он Вам хороший рисунок... Если я спрошу его, послал ли он Вам его или нет, то наверное соврет...

Если приедете в ноябре, то — merci. У нас зимой весело. В Стрельну можно будет съездить...

Был я недавно в одной ископаемой редакции («Россия») и подслушал весьма интересный разговор. Человек 10—15 сидели за чаем и толковали про «Осколки». Сравнивали с «Искрой», говорили, что они лучше «Искры», что в них есть направление, остроумие... что пресса подло делает, что обращает на них мало внимания и проч.... Похвалили даже моск<овский> фельетон, спросив меня, кто это Улисс... Не первый уж раз слышу я такое мнение об «О<сколк>ах» и всякий раз «взыграся во чреве моем младенец»... Держитесь! Подтяните художественный отдел до высоты хотя бы стрекозиной и — благо будет...

Я понатужусь и дам мелочишек, а пока не забывайте, что у Вас есть всегда готовый к услугам

А. Чехонте.

Кстати. Рыковское дело будет, как говорят, тянуться 2—3 недели... Не пришлет ли мне г. Худеков на всякий случай какого-либо вида от «Пет<ербургской> газ<еты>», карточку, что ли... Мелочи вышлю завтра... Я несчастлив: каждый день гости...