Письмо Лейкину Н. А.

Отвечаю, добрейший Николай Александрович, на Ваше письмо по пунктам:

1) Ваше сетование на то, что я не подаю о себе весточки, подлежит кассации: дней 5—6 тому назад я послал Вам письмо.

2) В Питере я пробыл около половины месяца; вернувшись, живу уже в Москве почти месяц и за всё это время ни разу не виделся с Пальминым. Откуда же ему известно, что я истекаю кровью, хандрю и боюсь сойти с ума? Всё это плод фантазии поэта, сильно приправленной винными парами. Кровохарканья, бог миловал, у меня не было с самого Питера*. О хандре не может быть и речи, так как я весел больше, чем нужно. Денег у меня достаточно, весна скоро, состояние духа отменное. Работаю много, ибо спешу покончить с работой непременно к апрелю, так как в этом месяце рассчитываю выехать на юг. Причин, к<ото>рые заставили бы меня бояться скорого умопомешательства, нет, ибо водки по целым дням я не трескаю, спиритизмом и рукоблудием не занимаюсь, поэта Пальмина не читаю и безделью не предаюсь.

3) Посылаю фотографию, где я чернее и серьезнее, чем есмь на самом деле. Лучшей фотографии у меня не имеется. Чем богат, тем и рад, а за желание иметь у себя мою рожу — большое merci. Польщен.

4) В посланном мною письме я просил, кроме книги, еще «Кума пожарного».

Кланяюсь Прасковье Никифоровне и Феде.

Ваш А. Чехов.

Я купил себе выигрышный билет. 1-го марта выиграю 75 000.

* было, но чуть-чуть.