Письмо Шавровой Е. М.

Только что прочел Ваш рассказ в корректуре, Елена Михайловна, и паки нахожу, что он очень хорош. Прогресс большущий. Еще год-два, и я не буду сметь прикасаться к Вашим рассказам и давать Вам советы.

Рассказ хорош, и потому позвольте мне не говорить ни о Федотове, ни о Вашей будущей артистической карьере.

Побойтесь бога, что это еще за Шастунов? Помнится, где-то около Триумфальных ворот я видел бакалейную лавочку Шастунова. Я подписался под рассказом так, как Вы хотите, но... лучше бы придумать что-нибудь не столь бакалейное. Заглавие «Невесты» не годится. Я придумал заглавие тоже неподходящее, но оно лучше Вашего.

Где ж «In vino»?

Право, бросьте Вы Федотова. Неужели Вам улыбается актерство? Если бы у 7/10 актрис был такой литературный талант, как у Вас, то они побросали бы сцену и молебен отслужили...

Извините, что я так краток. Я серьезно отношусь к вопросу, который Вы задаете мне в письме, желаю Вам всего хорошего, рад за Вас; если я начну длинно излагать свои неуклюжие мысли, то потребуется пять листов бумаги, а это скучно и не нужно для Вас.

Сделаться опять таким, каким я был в Ялте? Да разве я другой? Я был скучен на ситцевом балу — это правда, но ведь ситцевый бал не Ялта, и Ялта не ситцевый бал. Я очень рад, что ситцевый бал дал чистого убытку 1500 р. Так Вам и нужно!

Ну, будьте здоровы и благополучны.

В Петербурге я пробуду, вероятно, до конца января. Если что напишете, то милости просим.

Искренно преданный

А. Чехов.

На конверте:

Москва, Волхонка, д. Воейковой

Елене Михайловне Шавровой.