Письмо Чехову Г. М.

Лопасня, 96 29/XI.

Милый, бедный Жоржик, судьба загнала тебя в Анапу! Но нет худа без добра: во-первых, ты теперь как-никак все-таки агент, вроде вашего превосходительства, и, во-вторых, никогда так не ценишь и не любишь родины, как на чужой стороне. Хуже всего, что эту зиму к нам не приедешь.

Чтобы доставить тебе, изгнаннику, хотя минутное развлечение, буду с каждой почтой высылать тебе какую-нибудь чепушенцию — отдельные номера газет, каких (предположительно) нет в Анапе, и разные брошюрки вроде «Битвы русских с кабардинцами» и «лечения мозолей». На сей раз посылаю книжку «Читателя». Я буду посылать, а ты, когда разбогатеешь, возвратишь мне почтовые расходы.

У нас ничего нового. Впрочем, 26 вечером у нас в доме был пожар. Звонили в колокол, работала пожарная машина, толкались в доме и на дворе мужики, но дело обошлось благополучно; сгорела только часть стены и пришлось сломать печь.

Приезжает изредка Миша с женой, которая оказалась очень милой, простодушной женщиной и искусной поварихой.

Моя «Чайка» нигде еще не была напечатана. Был у меня один рукописный экземпляр, но я отослал его в Киев, где пьеса имела большой успех. По какой же рукописи играли в Таганроге? Воображаю, что и как они играли!

Получается ли в Анапе «Нива»? Пиши от скуки. Ведь по вечерам тебе должно быть адски скучно.

Марку Федоровичу поклонись и передай ему, что я его очень, очень помню. Будь здоров, не скучай.

Твой А. Чехов.

Почему Анапа Кубанской обл<асти>, а не Черноморской губ<ернии>?