Письмо Суворину А. С.

27 дек.

Поздравляю Вас, Анну Ивановну, Настю и Борю с новым годом, с новым счастьем и шлю тысячу пожеланий всего самого лучшего. В частности Вам желаю побольше очень хороших пьес, чтобы взять больше ста полных сборов; и пожалуй, самому написать пьесу, хотя бы даже историческую, кстати же Вы давно уже пьес не писали. Только, пожалуйста, судя о пьесах, не сравнивайте их с пьесой Ремезова. Ремезов человек, может быть, и способный, но не талантливый, совершенно без нутра, фальшивый, легкомысленный, хотя и старый. Вы вскользь браните и Гольцева. Гольцев ничего общего с Ремезовым не имеет, относится к нему отрицательно и уж во всяком случае не одобрил бы его пьесы. Что бы ни говорили о Гольцеве, это человек очень порядочный, притом убежденный и умный.

Алексей Алексеевич прислал мне «Палестину» в переплете. Магазин, не зная этого, прислал мне другую «Палестину», тоже в переплете. Возвращать назад — это дело хлопотливое, и я почел за лучшее продать лишний экземпляр и вырученные деньги послать голодающим. Продал я за 40 р., расписку посылаю. Деньги отправлены в Самару А. С. Пругавину, заведующему детскими столовыми.

«Всю Россию» получил, большое спасибо.

Календаря еще не получил.

Жизнь идет, идет и идет, а куда — неизвестно. И удовольствия почти никакого, а всё больше скучно или досадно.

В Ялте снег.

Будьте здоровы и благополучны, и желаю Вам встречать новый год еще 50 раз. Это возможно. В Ялте недавно умер старик татарин, 127 лет, помнивший еще Екатерину и, что больше всего нравится здешней публике, женившийся два года назад.

Как здоровье?

Ваш А. Чехов.