Письмо Чеховой М. П.

23 марта.

Милая Маша, поблагодари Гликерию Николаевну и передай в ответ, что я едва ли успею написать что-нибудь новое; но передо мной на столе лежат целые горы рассказов, которые я приготовляю для Маркса; я выбрал две небольшие штучки, напечатанные уже давно, очень, очень давно и забытые, так что они могут сойти за совершенно новые. Я велю переписать их и пришлю на сих днях, ты передай, — быть может, сгодятся.

Очень рад, что мамаша выздоровела. Она в каждой малейшей дурноте, в каждой боли видит удар — и совершенно неосновательно; только пугает себя и других. У нее не может быть удара.

Я целый день занят, вздохнуть некогда. Чувствую себя свободным только утром, когда встаю и пью кофе, от 7 до 9, а потом начинается толчея, приходит почта, звонит телефон и проч. и проч. Пора бы уехать в Москву. Ты как-то писала, что мамаша поедет в Мелихово 4 апреля. Лучше бы она подождала меня в Москве, поехали бы вместе, втроем.

Постройка подвигается. Коробов кое-что снял.

Приехал Жорж. Послезавтра уезжает.

Нового ничего, будь здорова, кланяйся мамаше и всем.

Твой Antoine.

Рассказы, которые я пришлю для Г<ликерии> Н<иколаевны>, не вошли еще ни в один из сборников и совершенно неизвестны миру.