Письмо Книппер-Чеховой О. Л.

Видишь, актрисуля, я пишу каждый день. Сегодня у нас именины, мать именинница, завтра Рождество, а на дворе солнце жарит по-летнему, тишина. Мне сегодня выходить нельзя, так как на мне две мушки. Вечером я их сниму и завтра уже выйду, поеду, быть может, к Толстому и Горькому.

Получил ваш праздничный репертуар. В моих пьесах ни разу не играет Самарова, в «Трех сестрах» — ни разу Станиславский, ни разу Лилина. Вообще — пьесы в каком-то забросе. Я не перевариваю Мунт, а она каждый раз в «Трех сестрах».

Интересно бы знать, когда мы увидимся. В Великом посту? На Пасху?

Твою телеграмму получил, но всё же еще не знаю, как шла пьеса Немировича. Напишу, дусик, поподробнее. Напиши и про Котика.

В это лето поедем за границу, а в 1903 г., если будем живы, проживем на даче под Москвой. Хорошо? Идеть?

Очень хвалят пьесу Найденова «Дети Ванюшина». В самом ли деле это незаурядная вещь? Если так, то почему пропустил Худож<ественный> театр? Мне кажется, что Немирович много прозевывает. Вот если б я читал пьесы, то репертуар ваш был бы богаче. Как ты думаешь?

Без тебя трудновато жить. Особенно такому мужчине, как твой муж. Я очень люблю тебя, дуся, очень.

Ну, будь здорова. Не утомляйся.

Твой Antonio.