Ворон
Ворон
Ворон. Перевод В. Е. Жаботинского, 1931 Как-то в полночь, утомленный, развернул я, полусонный, Книгу странного ученья (мир забыл уже его) — И взяла меня дремота; вдруг я вздрогнул отчего-то — Словно стукнул тихо кто-то...
Декабрь. Камин догорает. Человек сидит над книгами, которые не может читать, потому что каждая строчка превращается в имя — Ленора. Стук. Он открывает дверь — темнота. Открывает окно — влетает ворон. Садится на мраморный бюст над дверью. Не улетает. Сначала это почти смешно: чёрная птица с повадками профессора, которая на любой вопрос отвечает одно и то же. Nevermore. Никогда. Но потом вопросы становятся другими. Забуду ли я её? Nevermore. Встречу ли снова — там, за краем? Nevermore. И вот уже не птица пытает человека — человек пытает себя. Задаёт вопросы, ответы на которые знает заранее, и каждый «Nevermore» вбивается как гвоздь в крышку. Знакомо? Три часа ночи, телефон в руке, переписка, которую перечитываешь в сотый раз, хотя точно знаешь, чем она заканчивается. Листаешь — и каждое сообщение говорит одно и то же. Никогда. Ворон не улетел. Тень от его крыльев накрыла пол. Свет лампы больше не достаёт до того, кто сидит под бюстом. И душа из этой тени — не восстанет. Nevermore.
