Собака Баскервилей
Собака Баскервилей
Туман, вой, логика. Девонширские болота. Древнее проклятие рода. И единственный наследник, который может не дожить до утра.
Сэр Чарльз Баскервиль мёртв. На его лице — гримаса такого ужаса, что врач, повидавший всё, не может уснуть три ночи. Рядом с телом — следы. Не человеческие. Огромные. Баскервиль-Холл стоит на краю торфяных болот, где туман поднимается, как занавес перед чем-то, что лучше не видеть. Местные рассказывают про адскую гончую — чёрную, с горящей пастью, — которая охотится на род Баскервилей с XVII века. Портрет сэра Хьюго в фамильной галерее ухмыляется так, будто знает, чем всё закончится. Новый наследник, сэр Генри, прилетает из Канады. Молодой, упрямый, не верит в призраков. В Лондоне у него крадут один ботинок. Один. Зачем кому-то один ботинок? Это тот вопрос, от которого у Холмса загораются глаза. А дальше — Ватсон один на болотах. Без Холмса. Ночные крики на трясине. Беглый каторжник прячется среди камней. Загадочная женщина шепчет: «Уезжайте. Ради бога, уезжайте». И где-то в тумане — то ли зверь, то ли тень, то ли чей-то безупречный план. Знаете это чувство, когда идёшь ночью через парк, наушники в ушах, и вдруг выдёргиваешь один — послушать, что за звук сзади? Вот эти болота — 200 страниц такого. Холмс появится. Но не тогда, когда ждёшь. И не оттуда.