Огневушка-поскакушка
Огневушка-поскакушка
Золото там, где пляшет огонь. У костра на прииске появляется рыжая девчонка ростом с ладонь. Пляшет — и земля под ней светится. Федюнька видит её один.
Старатели жгут костёр. Ночь, лес, разговоры ни о чём. И вдруг из огня — девчонка. Крохотная, рыжая, босая. Топает ножкой — и пляшет прямо по углям, а вокруг неё трава вспыхивает золотом. Мужики видят. Мужики молчат. Мужики забывают к утру, потому что взрослые умеют забывать неудобное. Федюнька — нет. Ему восемь, у него дед Ефим и ни копейки, и он точно видел, как земля под её пяткой засветилась. Он возвращается на то место. Копает. Пусто. Идёт за ней снова — она появляется в другом месте, пляшет, хохочет, и опять — пусто. Она не обманывает. Она проверяет: хватит ли тебя на ещё одну попытку. Есть такое: ищешь квартиру четвёртый месяц, каждый просмотр — «ну вот, наконец», а потом звонок — «извините, уже сдали». И ты снова открываешь приложение. Не потому что оптимист. Потому что деваться некуда и внутри что-то упрямое, что сильнее здравого смысла. Федюньке все объясняют: блазнит, мерещится, брось. Филин — мужик взрослый, серьёзный — тоже копает, но ради жадности, ради фарта. И ничего. Потому что Огневушка не про золото. Она про то, кто продолжает идти, когда умные уже развернулись. Она выскакивает последний раз — зимой, на снегу, в чистом поле. Пляшет так, что снег тает кругами. Федюнька стоит по колено в сугробе, смотрит. Не копает. Просто смотрит. И земля сама раскрывается — золотой песок, жилка, настоящая, тёплая, как будто гора наконец выдохнула. Девчонка подмигивает. Исчезает. Больше не приходит — потому что зачем, если человек уже нашёл.