Голубая змейка

Лёнька и Ланко — неразлейвода. Из тех, кто делит хлеб пополам и врёт учителю за двоих. Им рассказали про голубую змейку: увидишь — получишь золото. Но только если не жадничать. Только если не тянуть одеяло. Только если. Они, конечно, её вызвали. Не специально — дурачились, задирались, сболтнули лишнее. А она пришла. Тоненькая, голубая, быстрая — и за ней тянется полоса: по правую сторону золотой песок, по левую — чёрная отрава. Одно движение, один поворот головы — и ты либо богат, либо отравлен. Причём выбираешь не ты. Выбирает то, что у тебя внутри. И вот тут начинается. Не приключение — экзамен. Змейка ползёт между друзьями, и каждый должен пожелать золото не себе, а другому. Каждый. Одновременно. Без сговора. Попробуй объясни восьмилетнему пацану, что щедрость — это не когда отдаёшь ненужное, а когда отдаёшь то, от чего у самого руки трясутся. Они ссорятся. Впервые в жизни — по-настоящему, до «я с тобой больше не вожусь». Золотой песок летит в лицо, чёрная пыль липнет к рукам. Змейка смотрит. Ждёт. Знакомо: разменял дружбу на ерунду. Кто-то получил оффер, а ты нет. Кто-то переехал в квартиру побольше, а ты скроллишь чужие сторис в съёмной однушке в два ночи и чувствуешь, как внутри поднимается что-то чёрное, мелкое, стыдное. Не зависть даже — а невозможность порадоваться за своего. Вот эта чёрная пыль. Лёнька и Ланко стоят по разные стороны змейки. Между ними — золото и яд, и граница тоньше волоса. Каждый должен сказать: ему. Не мне — ему. Оба говорят одновременно. Змейка сворачивается кольцом. Золото остаётся — ровно столько, сколько нужно двоим. Не больше.